В дамских романах, которыми в детстве зачитывалась Трейси, таких мужчин называли «денди», но почему-то, читая их, она представляла надушенных и напудренных франтов, манерных и пустых. Но Брендон был хорош, возможно, с немного резковатыми, хищными чертами лица и пухлыми губами, что обычно не нравилось ей в мужчинах, но, когда улыбался, становился неотразимым. Почти.

– Если ты все-таки метишь в Сенат, то пора бы снять побрякушки, – остановившись рядом, пошутила Трейси, кивнув на крохотный бриллиантик в левом ухе.

– Уверен, моим избирателям понравится. – Брендон поднялся, спрятал телефон в карман, сосредоточив все свое внимание исключительно на Трейси.

– Избирательницам ты хотел сказать?

– Ваш столик будет готов через пару минут. – Брендон поблагодарил метрдотеля и весело произнес:

– Мне кажется, или я слышу нотки ревности?"

"– Мне кажется, у тебя проблемы со слухом. – Она не смогла сдержаться и негромко рассмеялась. Чтобы ни говорила, как бы порой не злилась на него, все равно очень рада была увидеться.

– Трейси, тебе нужно носить рубашки другого цвета, сначала мне показалось, что ты настолько рада меня видеть, что явилась в одном пиджаке.

– Размечтался, – бросила она, посмотрев в высокие зеркальные панели бара, в которых отражался темный, практически черный затылок Брендона и ее сияющее лицо. Действительно, бежевая блузка практически полностью совпадала с тоном кожи, создавая эффект отсутствия, но кто сказал, что это плохо?

– А что же так категорично?

– А у меня правило: не снимать блузку перед мужчинами, у которых драгоценностей больше, чем у меня.

– Верх снимать не обязательно, – отмахнулся от ее табу Брендон.

– Какая пошлость!

Два года они ходили вокруг да около. Даже флирт они превратили в состязание «кто кого». Оба ждали, кто первый не выдержит и бросится на шею другому. Ожидание затягивалось и, наверное, поэтому их шутки иногда были откровенно за гранью приличий.

– Я не знала, что ты вернулся, – переводя разговор в менее опасное русло, мягко произнесла Трейси.

– Надо было позвонить?

– Может быть.

– Вот как? – обронил он и поставил бокал на стойку.

– Ваш столик. – Мужчина, как по волшебству, возник рядом и знаком попросил следовать за ним. Брендон дождался пока Трейси обойдет его и пошел следом, но не только из соображений галантности. По его авторитетному мнению, задница у нее была на миллион долларов – этого не могли скрыть даже строгие брюки, – и он не хотел упускать случая еще раз в этом убедиться.

Им дали меню и карту вин, обещая подойти через пару минут и принять заказ на аперитив.

– Тебе идет эта прическа, – полностью проигнорировав меню, заметил Брендон.

Трейси машинально дотронулась до темных волос, собранных в пучок.