Ему нравились и кухня, и напитки этой страны, а Трейси не возражала, хотя к знаменитым сырам испытывала недоверие, точнее, ее желудок отказывался их воспринимать.

Трейси любовалась сильными руками с четко проступающими венами – Брендон скинул пиджак и закатал рукава синей рубашки, – уже представляя, как он властно обнимет ее и прижмет к себе. Он имел поразительную власть над ее телом, и ей нравилось это. Брендон неспешно, но уверенно отвоевывал себе главное место в ее сердце, и это нравилось Трейси уже чуть меньше. Никакими обещаниями и признаниями они не обменивались, и она не знала: чувствует ли он что-то хотя бы приблизительно напоминающее любовь?– Так чем ты занималась все выходные? Я звонил тебе, – отвлек от размышлений Брендон.

– Работала, ничего особенного, – туманно откликнулась Трейси.

– Поделишься?

– Нет, – она сделала глоток из поданного бокала и подняла его, рассматривая рубиновую жидкость: потрясающий цвет, насыщенный и глубокий, но противоположную стенку видно, словно яркий свет плескался на дне бокала, подсвечивая изнутри.

– Ничего не хочешь мне рассказать? – тонко улыбнулся он.

«Расскажи!» – твердил внутренний голос. Залезть в ежедневник – поступок, конечно, некрасивый, но, по сути, пустяк! Правда, приобрел он нешуточный размах.

– Хочу, – Трейси обошла стол. – Я соскучилась. Она обвила его шею руками, притягивая к себе и нежно касаясь мягких губ. Брендон на мгновение замер, с разочарованием рассматривая ее: темные, с зелеными крапинками, глаза прикрыты, ресницы дрожат, от вина появился едва заметный румянец. Трейси была так близко, что он мог бы сосчитать веснушки на прямом носике и разглядеть тонкие смешливые лучики в уголках глаз, но делать этого не хотелось. Хотелось встряхнуть ее, сильно…

Она медленно опустила руку, выдергивая рубашку из брюк, забираясь под нее и поглаживая живот теплыми пальцами. Брендон отпустил тревожные мысли: крепко прижал Трейси к себе, задирая платье и агрессивно отвечая на поцелуй. Завтрашний день многое покажет, а сегодня он еще будет любить ее.

–//-

– Мисс Полански, я не вижу причин, по которым брачный контракт следует считать недействительным, – искренне удивился Брендон. Досудебные прения начались полчаса назад. Супруги Палмер были настроены решительно, как и адвокаты, но пока все вели себя вполне цивилизованно: без споров и ругани.

– Моя клиентка прожила в браке с мистером Палмером двадцать лет. Двадцать лет! – решительно повторила Трейси. – Она всегда была рядом, поддерживала и вдохновляла, отказалась от карьеры и… – Она уверенно взглянула в глаза Дональду. – И от естественного желания быть матерью. Миссис Палмер имеет право на половину имущества мужа, за двадцать лет они нажили немало.