«Пора!» – мысленно подстегнул себя Журавлев и уже было приготовился резко выскочить из-за поленницы, как вдруг, к своему изумлению, разглядел Симыча, того самого, который руководил налетом бандитов на железнодорожный состав.

Он неуклюже выбрался из тесной кабины – рослый, одетый, как и тогда, в длиннополое демисезонное пальто нараспашку. Чавкая сапожищами по грязи, Симыч подошел к курившим и без долгих разговоров выбил у одного из них папиросу из рук.

– Нашли время перекур устраивать! – грозно выговорил он подельникам, оглядывая их из-под сурово сдвинутых бровей. – Жить надоело?

В этот момент Илья мог чем угодно поклясться, что даже из своего укрытия он смог разглядеть его темные, с красноватыми белками, злые глаза.

– Симыч, ты че в натуре? – опешил молодой, не успевший сделать ни одной затяжки.

– Молчи, Сиплый! – рявкнул Симыч, замахнувшись на молодого растопыренной пятерней. – Соображенья совсем нет – зависать здесь надолго? Да если бы не я, вас давно бы уже всех легавые замели. Удавлю, сисенок!

– А че сразу удавлю-то? – заныл Сиплый, который не на шутку перепугался угроз старшего. – Чуть что, сразу я… А я вообще-то здесь не при делах.

– Ну и заткни свой поганый хавальник, – оборвал его Симыч. – Филин прознает, что без пользы время тянем, никому не поздоровится. А нам еще надо кое-куда метнуться по срочным делам. Ну-ка, быстро в машину, охламоны!

В этот раз никто из бандитов не проявил ни малейшего недовольства, не вякнул ни слова, ни полслова – все безоговорочно полезли в кузов.

«Да у них, пожалуй, дисциплинка почище, чем в армии, – невольно посочувствовал Илья рядовым членам банды. – Оттого и не могут их до сей поры поймать. Только сдается мне, что Симыч к налету на сельповский магазин не причастен, потому как был в ту ночь в лесу.

А вот из этих троих бандитов кто-нибудь точно был, кто-то из них и уделал сторожа. А может, все они просто исполнители, выполняют задание этого самого таинственного Филина, который распорядился перевезти товар в другое, более надежное место».

Илья тщательно прицелился в грудь Симыча, рассчитывая застрелить его первым, как наиболее важного в бандитской иерархии, а потом уже расправиться с его подельниками. Не сводя прищуренного глаза с мушки, которая замерла точно в том месте, где у Симыча находилось сердце, если оно, конечно, у этого отморозка имелось, Илья медленно стал давить на спусковой крючок.

Через доли секунды, когда уже готов был прозвучать выстрел, Журавлев неожиданно подумал, что Симыч-то как раз и знает больше этой троицы, и стрелять в него передумал, решив задержать всех скопом.

– Руки вверх! – до неузнаваемости изменившимся диким голосом заорал Илья, стремительно выскочив из-за поленницы с направленным в сторону бандитов пистолетом.