Поэтому тайком и написала водителю, чтобы выехал подземной парковки.

Какую можно дать характеристику Вещему? Циничный человек, который явно метит очень высоко. Он подольстился к Горнорудовым, сейчас подбивает клинья к Марии Морозовой, может даже, надеется стать ее любовником или парнем. Всё возможно, учитывая его нынешние впечатляющие успехи. Речь, конечно, о «Валентино». И судя по тому, как Мария ревновала Данилу к Зине, это только цветочки. Главный куш впереди.

Но брат подрубит парню крылья. Согласно плану отца Дима убьет молодого телепата во время спарринга.

По-другому и быть не может. Дима — Мастер, он может формировать непроницаемую для пси-клинков защиту."

"Зина вздыхает и откидывается на спинку.

Но в то же самое время ничего не ясно с этим Вещим. Он слишком силен для своего возраста. Тем более что простолюдин. Лучше бы этого спарринга вообще не было, ведь нет никакой выгоды в случае победы Димы, только лишь месть. Может, Зине удастся отговорить брата? Ох, хорошо бы, но надежды нет.

* * *— Эдуард, в последнее время ты меня сильно разочаровываешь, — роняет Аркадий, когда сын входит в кабинет главы и тихонько садится на стул.

Наследник опускает голову. Его колотит от страха. Второй раз он уже испытывает благосклонность отца, который совсем не славится терпением.

— Отец, я не знал, что эти гребанные Буравчики принадлежат Горнорудовым, — делает Эдуард попытку оправдаться. — Наша разведка была не в курсе. Где бы я взял эту информацию? А Буравчики унизили меня. Я просто не мог поступить по-другому.

— Барон требует десять миллионов, — бросает Аркадий. — Стоит ли твоя обосранная тачка десять миллионов, сын?

— Нет, не стоит, — признает Эдуард.

 — Неужели Горнорудовы не могут снизить ценник? Официально «Бур» к ним не относился, мы были в своем праве.

— Я говорил с Долгоруким, — говорит глава. — Князь на нашей стороне. Так что барон может подтереться своим требованием. Другое дело, что нам не стоит портить отношения с Горнорудовыми. Тем более, когда вернулась к жизни баронесса. Иметь столь сильных врагов очень чревато.

— И что делать? — глава молчит, и Эдуард сам пытается ответить на свой вопрос.

 — Нужно лично общаться с бароном и вымаливать прощение.

— Этим ты и займешься, — кивает Аркадий. — Собирайся — завтра-послезавтра ты летишь в Тагил. И назад не возвращайся, пока не скинешь компенсацию хотя бы до миллиона.

— Да, отец, — встает со стула Эдуард.

Он понимает, что легко отделался. Пока что. Если же ему не удастся договориться с Горнорудовыми, то гнев отца будет страшен.

* * *Никитос останавливает «Майбах» в пятистах метрах от бандитской базы.