А вот устав мне пришлось буквально зубрить, как и даты. Но ничего, справился. Скажете, для чего мне это? Да потому, что чем дальше, тем больше я убеждался, что чистый конструктор из меня не выйдет. На фоне того же Туполева я смотрюсь откровенно блекло. Хоть и умею уже не мало, но конкуренция — такая вещь… Я ведь вижу, как тот же Андрей Николаевич с Поликарповым соревнуются, доказывая, кто из них лучше, и чей проект нужно реализовывать в первую очередь. Да и ходит на задворках сознания что-то про репрессии, которые Сталин будет устраивать в конце тридцатых годов. Кто попадет под каток и почему — мне сейчас непонятно, но самому оказаться под этим катком не хочется. А вот то, что Туполев, как и много раз вспоминаемый мной раньше Королев, будут осуждены и какое-то время будут «чалиться» — я помню. Соответственно, если я хочу иметь хоть какую-то возможность это изменить, надо идти в политику. Путь в которую для меня лежит через комсомол и как стану старше — вступление в партию.

Постройка торпедоносца затянулась до конца года. В основном из-за чехарды с моторами и низкой квалификацией обычных рабочих, занимавшихся сборкой и отладкой самолета. Квалифицированных рабочих катастрофически не хватало, за каждого специалиста шла чуть ли не драка между заводами. При этом производство нарастало не только в авиации, но и в других отраслях."

"С моторами была своя заморочка. Изначально планировалось ставить канадские «Лионы», но после сборки опытного образца и первичного полета с ними возникли проблемы. В итоге решили заменить их на французские «Лорены» схожей мощности. Своих моторов в стране еще не было, хотя над устранением этого пробела и работали. Вроде как для начала хотели купить готовое производство по концессионному договору, после чего уже и модернизировать иностранный мотор силами собственных инженеров. Может, что и получится. В будущем у страны были уже свои моторы, это я знал.

На фоне собственных проблем рождение у Андрея Николаевича сына прошло для меня фоном. Только через пару месяцев заметил, что тот стал гораздо меньше высыпаться. Тут я его прекрасно понимал — сам еще недавно просыпался по ночам от побудок сестры. А на меня после становления комсомольцем навалились новые обязанности. Комсомол был в каком-то смысле оперативным резервом партии. Молодыми и способными людьми затыкали дыры в важных для страны направлениях: в строительстве и образовании. Грамотность населения была крайне низкой. Что сказывалось и на качестве строительства, и на проведении промышленной революции. Для стройки я еще был маловат, а вот как лектора для проведения вечерних занятий вполне пригодился. Тут же сказалось и то, что я уже имел некий опыт в преподавании, когда подтягивал одноклассников.