Хотя они уже должны быть изобретены, но применяются ли?

Эта мысль так захватила меня, что даже пару дней кошмары снились: мой «СОг» входит в пике, в погоне за врагом, а выйти не может и разбивается о землю. После чего ко мне приходит НКВД и бросает в тюрьму. Короче, я решил отойти от авиационной тематики — запугал меня Андрей Николаевич. Не готов я еще к такой ответственности — брать на себя возможность чужой гибели по моей вине. И у Поликарпова я отпросился обратно в цех сборки. Одно дело — собрать спроектированный кем-то самолет, и другое — самому придумать плохо работающую или заведомо опасную конструкцию.

В первом случае максимальная цена ошибки — одна человеческая жизнь, а во втором — сотни.

Чтобы окончательно убрать из мозгов засевшую фобию, я сосредоточился на работе нашего пионерского отряда.

Вообще когда я только стал пионером, то не сразу понял, чем именно должен теперь заниматься. «Законы», написанные на листке, больше походили на список желаемых качеств участника движения. А что делать то я был должен? Когда напрямую спросил об этом в первый раз Надежду Константиновну, то она мне заявила, что я и другие пионеры должны обо всем докладывать старшим.

Не закрывать глаза на нарушения законов советской власти, даже если это делают самые близкие и родные люди.

Это что получается? Надежда Константиновна видит в пионерах — стукачей? Или как иначе понимать ее слова? А вот я с родными Новый год отмечаю — это ведь тоже нарушение советского закона. Мне на самого себя теперь донос нести? Не-е-т, товарищ Крупская, этот номер здесь не пройдет. Но естественно в лицо я ей этого не сказал.

В остальном же пионер по мнению Крупской должен стать опорой власти среди детской среды, ее ушами, глазами и контролирующим органом.

И быть пионером у детей должно быть почетно, чтобы они сами стремились вступить в ряды движения и боялись исключения. Это если я правильно понял «хотелки» Надежды Константиновны. Ну, хотеть она может что угодно, а я собирался сделать из тех ребят, что окружали меня, что-то вроде тимуровской команды. Как-то в прошлой жизни отец рассказывал мне об этих ребятах. Тоже пионеры, но занимались не стукачеством, а реальной помощью людям. Пожилым по хозяйству помогали, экологические отряды устраивали по очистке окружающей среды от мусора, вели здоровый образ жизни и тому подобное. Именно это наш отряд под моим ненавязчивым руководством и делал. Надежда Константиновна наблюдала и особо не вмешивалась, хотя стукачеством из нас никто не занимался. Пока видно присматривалась, а что уж она потом скажет, покажет лишь время.

Время летело. Незаметно наступил апрель, и я впервые в газете наткнулся на упоминание Иосифа Сталина.