Паша, понимая, что уже с катушек давно слетел, лихорадочно оглядывал помещение, соображая, где удобнее расположиться. У Бати в кабинете был один мягкий уголок для переговоров, довольно хлипкий, особенно для Пашиного темперамента, и стол с креслом. Стеклянный, с*ка, стол! Зато кресло, да! Кресло подходило.

Паша, приняв решение, подхватил свою уже покорную добычу на руки по двинулся к креслу.

Она в этот момент опять пришла в себя, потому что заизвивалась в его руках, зашептала отчаянно и жалко:

— Паша, нет! Нет! Не здесь! Паша, пожалуйста!!!

Пришлось опять ставить ее на пол и опять затыкать поцелуем, попутно задирая повыше блузку, потому что терпение не безграничное, и груди хотелось коснуться губами невыносимо, а белье мешало, к херам его, потом еще купит!

Полина, услышав треск кружева, забилась в его руках возмущенно и отчаянно, протестуя, должно быть, против варварства. Но, бл*, пусть привыкает! И нехер вообще такие препятствия устраивать! Была бы юбка посвободнее, уже давно бы ее поднял и ноги ей раздвинул! А тут никак! Опора нужна!

А, может, на стол? Ну и хер с ним, что стекло, если Батины лапы выдерживает, то и легкую девочку тоже сможет! А он, Паша, не будет наваливаться, приподнимет только, чтоб удобней было.

Он поменял немного вектор движения, Полина, почувствовав грубые пальцы уже на голой груди, ощутимо дрогнула в коленях, сладко так, возбуждающе. Как его заводила эта ее искренность, отзывчивость! Невозможно просто заводила!

— Бл****, Павел Сергеевич… Ну вы бы хоть дверь закрыли… — Грубый голос Бати прозвучал вот вообще не вовремя! Абсолютно!

Паша поднял голову от шеи казачки, выдохнул, аккуратно опустил ее на пол. И Полина тут же вывернулась из его лап, и, прикрывая грудь ладошками, скользнула мимо Бати, низко опустив голову.

Носорог проводил ее расстроенно, перевел медленно взгляд на Батю, и тот, вздрогнув, шагнул спиной к двери и прикрыл ее поплотнее.

— Паш… Ну ты совсем с катушек слетел… Ты ее до увольнения доведешь так…

— Заткнись, бл*.

Паша поправил одежду, не особо даже и разворошенную. Полине явно больше досталось. Постоял, остывая, приходя в себя.

Вот это накрыло его. Бл***… Ну реально, словно морок какой-то… Как увидел ее, обжимающуюся с пацаном прямо в приемной у Бати, так и все. Мозг фиксировал что-то, изменения какие-то, но тело не реагировало. Пи***ц, ну что тут скажешь…

Батя, все еще стоя у двери и внимательно отслеживая передвижения руководства, поймал момент осознания и немного выдохнул. Сложно все же работать с ним.