— Вперед, — скомандовал, когда открыла заднюю дверь."

"Подчинилась. Хорошая девочка. Радует.

Завел машину, тронулся. Все так же молча. А чего болтать? Все все прекрасно понимают. И от этого понимания член в штанах поднимает голову. Радостно так.

Нет, приятель, сначала пожрать.

Ресторан, в котором у Паши был постоянный столик, встретил уютными ароматами и приглушенным светом.

— Я не хочу есть, — заупрямилась казачка, тормозя на входе и как-то странно сжимая руки, словно закрыться хотела, спрятаться.

— Я хочу, — прорычал он, подхватил ее за локоть и отбуксировал к столику.

Пока ждали заказ, не удержался, оглядел ее. Она сидела, немного ежась, словно чувствуя его взгляд на себе, словно понимая, что он уже мысленно сделал с ней все, что захотел. И не раз. Потом резко подняла глаза. И Пашу торкнуло. Как от чистого, когда самый первый раз его берешь. Сразу стало холодно, а потом нереально горячо. И глаза ее, немного испуганные, но такие заводящие, не зря же не смог остановиться тогда, в лифте, когда снизу на него посмотрела озерами своими, и губы искусанные, конечно, искусанные, сам кусал, днем только сегодня. И еще покусает, обязательно, потому что это нереально просто — видеть такое рядом с собой и не взять. Грудь под простой блузкой, пуговицы ненадежные уже, и, бля! Неужели без трусов до сих пор? Как проверить? Хоть сейчас на колени сажай и под юбку лезь! В принципе, вариант, не самый нереальный, но напугает еще больше. А пугать не хотелось. Хотелось ебать. Сладко, долго, до судорог. И чтоб сама. Чтоб без этого выражения на лице загнанного, которое видел в машине, пока с сестрой разговаривала. И знала, чем расплачиваться будет за помощь.

Поэтому Паша откинулся на диване, силой воли перевел мысли с отсутствия трусов на казачке на дела с Вовой. Прикидывал, как будет вопрос разруливать. И это надо еще понять, насколько Вова сегодня его подчиненных, что Паша на расправу ему отправил, ушатал. И, исходя из этого, танцевать. Если ущерб несерьезный, то значит, надо будет чем-то поступиться. Ну, это договоримся. А вот если серьезный, и бедный умный Вася там в обмороке сейчас, то пусть Вова идет нахуй. Перетопчется. К тому же Паша его упыря не сильно и помял. Не так сильно, как мог бы. И как хотел. Потому что взгляд у Полины был дикий совсем, когда ее наверх утаскивали за шкирку практически. И уже за один этот взгляд хотелось уебать на полную. До двух метров под землю сразу. Так что, пусть Вова радуется, что Паша сдержался и боевой единицы его не лишил.

Принесли еду.

Полина, несмотря на то, что заявляла, что есть не хочет, взялась за вилку. И задумчиво умяла салат. От стресса видно. Совсем ты, Паша, бабу замордовал. А ведь еще и не драл ее сегодня. Толком.