Я долго изучал звёзды, и само небо, чтобы понимать — сегодняшняя ночь станет последней, когда всё было по-старому.

Всё тело превратилось в тугую пружину, ведь мне придётся доложить о знамении королю. Его милость потребует объяснений. Но что я ему скажу, коли сам не ведаю, что несёт в себе то знамение — добрый ли знак, али худой?

Пророчеств с таким явлением не припомню. Ни один друид не говорил о таком.

Придётся сказать королю, что разбившаяся звезда — к добру. Ни к чему нагонять страх и волнения в итак непростое время. После войны восстановление идёт тяжело и если на плечи короля ляжет ещё и бремя неизвестности, то сам Инмарий не знает, что тогда будет.

Грузной походкой, кряхтя на крутых ступенях, спускаюсь с башни в свои покои, что служат мне домом: тут и опочивальня, и кабинет.

Опустился за огромный из массива тёмного дерева стол, позволяя своим кишкам расслабиться и освободиться, громко издав звук облегчения. Штаны на мгновение вспузырились.

Оглядел свой стол, что завален пергаментами, свитками, книгами и углём для письма. Сдвигаю всё в сторону и кладу перед собой рисунок произошедшего явления.

Вспоминаю яркую вспышку на небосводе. Знамение продлилось всего лишь мгновение, но надолго запечатлилось в моём сознании.

Провожу пальцами по губам и тереблю их в задумчивости.

Озадачил ты меня, Инмарий. Озадачил.

Убираю пергамент в сторону. Завтра доложу об этом явлении королю, а пока мне нужно расслабиться.

Беру со стола колокол и звоню в него.

Мой личный слуга не спешит появляться на глаза своего милостивого господина.

— Кир! — вскрикиваю я сипло и тут же прочищаю горло, кашлянув в кулак два раза, и повторяю уже громче и грознее: — Кир! Пёс плешивый! Немедля ко мне!

Затряс колоколом сильнее.

Спит, он что ль?

Вскоре, на пороге моей опочивальни и кабинета в одном помещении, появляется мой слуга Кир — высокий как осина и худой, будто глиста, с непропорционально большой головой. Вид слуги, как и всегда — слегка напуганный и глупый.

— Звали, мой господин? — тихо спрашивает Кир, низко склоняясь передо мной.

— Кто ж тебя ещё позовёт, дурень! Сам Инмарий что ль?

Кир сгибает свою спину ещё ниже.

Я крякаю и чешу свой живот, требующий еды.

— Беги на королевскую кухню, принеси оттуда мне поесть и выпить! — распоряжаюсь я.

— Желаете как обычно или чего-то особенного, мой господин? — раболепно спрашивает слуга.

— Особенного, — вздыхаю я. — Мяса с кровью принеси и самого пьяного вина. И повару накажи, чтобы не подсовывал мне ту дрянь, как в прошлый раз! Будет возражать, скажешь, что тады я сам приду на кухню.

Кир кивает и удаляется.

Вытираю руками лицо и вздыхаю горестно.

— Милостивый Инмарий, убереги нас от беды.

Глава 2

* * *Изабель Ретель-Бор

Постепенно прохожу в себя.