Она будет меня ломать, коверкать и искажать моё сознание, дабы сделать своим рабом и творить свои дела моими руками.

Так не будет.

Я приручу её. У меня на это есть время.

Вечность.

Спустя долгое время, когда сила затихает во мне, чтобы выбрать удобное время для своих манипуляций, я, медленно поднимаясь на ноги и шатаясь, иду к дому.

Подхожу к мёртвому телу и сбиваюсь с шага.

Тело друида начинает на глазах разлагаться, быстро превращаясь сначала в гниль, а потом в прах.

На месте тела остаётся только тряпьё. Прах уносит с собой холодный и свирепый ветер.

Ни души и ни тела не осталось после Чёрного Рыцаря. Лишь одна легенда.

Шаркающей походкой возвращаюсь в дом, на ходу вытираю лезвие меча от густой крови и убираю оружие в ножны.

В доме тяжело падаю в кресло и тут же отключаюсь.

Во сне ко мне возвращается память. * * *

Астер Ретель-Бор

Дождь уныло барабанит по стенам обители в городе Расторг.

Зачем сила меня сюда принесла? Что здесь может заинтересовать меня?

Память вернулась, и я хотел проснуться, но не смог. Мой разум и духовное тело унеслись далеко от места, где я буду приручать новую силу.

Расторг.

Обитель.

Почему не мой замок?

Хочу видеть свою жену… и ребёнка…

Едва думаю об Изабель — кроткой, нежной и послушной жене, как я словно спотыкаюсь, потому что вижу её…

В постели беспокойно спит Изабель. Моя Изабель!

Воздух вокруг неё полон аромата высушенных трав. Уже догорающий огонь в камине бросает причудливые полутени.

Медленно и неслышно с моих губ срываются неизвестные мне слова древнего языка… Но вскоре я их понимаю… Это рунический язык забытых и проклятых богов, что правили миром до рождения Инмария и его брата-близнеца — Тинария.

Слова магические. Они покажут мне истину. Но для чего моя сила требует этого? И что делает в обители моя жена?

Слова льются тихой песней опавшей листвы."

"«Ключ к магии — сама магия», — говорил мне тёмный друид. — «Чтобы приручить тёмную силу, ты должен быть сильнее её и дать ей понять, что ты можешь быть и злее, чем она. Нет времени ни на что другое, не приручишь эту силу — станешь рабом её до скончания времён, ибо она хитрее самой хитрой женщины».

Концентрирую внимание на заклинании, готовясь принять истину.

Последнее слово кажется тяжёлым и срывается оно также — будто камень падает с языка.

Наступает звенящая тишина. Даже воздух замирает. Дождь больше не идёт. Пламя огня своими языками не лижет тлеющее дерево. Огонь просто затух. Умер.

Подхожу к спящей Изабель и смотрю на неё из темноты.

Она начинает светиться. Её вены пульсируют красными реками. Над её телом появляется настолько яркое сияние, что зажмуриваюсь. Свет её жжёт.

Что это?

А потом свет утихает, и я вижу…

Женщина, что спит сейчас — не Изабель.

Хмурюсь и не понимаю.

Она вдруг вздыхает и открывает глаза.