Пришлось даже себе мысленных подзатыльников надавать, чтобы не уподобиться феечкам, пускающим слюни при виде Грасса. Хватит с меня отношений, ещё после подставы Толика с завещанием не до конца отошла. А с другой стороны, я ведь женщина теперь свободная, могу позволить себе коротенькую интрижку. Но не с демоном же! Это у Гарая аура ещё ничего, а как вспомню уровень силы, исходящий от высшего, даже когда тот спокоен... Бррр... Лучше всё-таки выкинуть из головы Гарая, тем более что у него ко мне наверняка чисто профессиональный интерес.

Вскоре вернулся Савáн от любимой бабули. Как я это поняла? Ну, для начала потому, что через порог перекатился рогатый шарик на копытцах и с хвостом в придачу, а не привычный мне юркий слуга. Видимо, бабушки всех миров и рас одинаковы: приехал внучок — накорми досыта, а ещё лучше сделай так, чтобы поправился, а то отощал весь, изголодался. Именно по этой причине в гости внуки обычно приезжают, проходя через дверь лицом, а уезжают, протискиваясь боком. Ничего, пара трудовых деньков, и хвост Савáна перестанет визуализироваться поросячьей запятулькой, ещё пяток, и вся тушка подтянется. Однако через неделю вернулся не только чёртик в свою изначальную форму, но и Гарай в таверну. Уже по большому мешку, свисающему у него за спиной я поняла, что одним завтраком и даже обедом за счёт заведения уже не отделаюсь...

Глава 54. Отпуск — это не всегда благо. Особенно чужой

— Господин проверяющий, какая неожиданная встреча! Что на этот раз? На таверну или обсуживающий её персонал поступила жалоба? — я снова улыбалась несмотря на то, что весь мой вид говорил «добро пожаловать отсюда».

— Да нет, я к вам не по служебной надобности, а на постой... — с не меньшим ядом в голосе ответил Гарай, а у самого бесята в глазах хип-хоп танцевали.

Меня так и подмывало поинтересоваться, уж не с работы ли выгнали бедолагу, раз пришёл ночлега просить,но в итоге решила немного по-иному ему намекнуть, что не особо-то его появлению здесь рады.

— И на сколько часов вы хотите заселиться в комнате?

— Да так, сущие пустяки. Всего на несколько дней, — небрежно отмахнулся Гарай, а затем пояснил. — Отпуск...

В голове сразу пронеслось «тридцать дней», сказанное замогильным голосом, вгоняющим в состояние паники и моментального инфаркта одновременно. Где-то глубоко в душе затеплилась надежда, что ведь отпуск во многих организациях делят на две части по две недели каждая. Если бы не блюдо в руках, скрестила бы пальцы, чтобы была такая разбивка.

Гарай тем временем продолжал:

— ...у меня, конечно, накопилось что-то около трёх тысяч не отгулянных дней...

На этой фразе у меня пальцы разжались, и блюдо выпало из рук. Хорошо, что рядом оказался Савáн, сумевший хвостом удержать посудину до того, как она разбилась. Три тысячи дней...