Заметив, что Диана разглядывает её лицо, Нала смутилась, опустила голову и вернулась к прерванному шитью.

– Прости, я не хотела тебя обидеть, – Диане тоже стало неловко.

Нала вскинула на неё удивлённый взгляд, но тут же отвела глаза:

– Что вы, госпожа, вам не за что просить прощения. Тоже хотите узнать, как именно это случилось?

– Нет-нет, что ты, не надо, – испугалась Диана.

Неужели кто-то заставлял бедную Налу рассказывать об этой трагедии?

Дальше они работали в основном молча. Работа спорилась. Диана удивлённо отметила, что с каждым часом её стежки становятся всё ровнее и увереннее.

Она даже начала входить в азарт. И когда все восемь ламбрекенов были готовы, окинула их гордым взглядом. Прямо как Багратион, одолевший неприступные горы. Осталось только спуститься и зайти французам в тыл. То есть повесить занавески в обеденном зале. А потом посмотреть на реакцию неприятеля.

В том, что преображение таверны стало не просто её битвой с самой собой, но и с более опасным противником, Диана больше не сомневалась. Все сомнения развеялись после испорченных тканей.

Но теперь она всем им покажет. В конце концов, ее тайное оружие – смекалка, опыт поколений и знания!

Глава 16

До рассвета оставалось совсем немного.

Во дворе уже началось шевеление. В таверне тоже вот-вот начнут просыпаться слуги. Обе швеи поспешили в зал, неся аккуратно свернутые ламбрекены.

И Диана, и Нала зевали. После бессонной ночи над шитьём тело стало неловким, деревянным. Но душа ликовала.

При помощи лестницы женщины быстро закрепили ламбрекены на деревянных перекладинах, предназначенных для штор, и отошли к дверям, чтобы полюбоваться.

Обеденный зал заметно преобразился.

Теперь окна не выглядели голыми, как прежде, высокий потолок стал казаться ниже, помещение – уютнее. Присборенный в мелкие складки шифон закрывал только верхнюю четверть окна, не мешая проникать свету, и кокетливо выглядывал из-под мягко переливающейся тафты.

– А знаете, – сказала Нала, оглядывая плоды своих трудов, – говорят, что еще сто лет назад здесь был охотничий домик наследного принца и бальная зала. И паркет был, и лакированные панели на стенах, и позолота… А осталось только стекло в окнах, и то потому что на него заклятие сохранности наложили.

– Так тут будущий король что ли жил? – удивилась Диана. – В нашем трактире?

– Нет, он жил в самом Лабард-и-Наре, а здесь летом балы давали.

Диана легко представила то, о чем говорила Нала. Тем более что высокие окна и оставшаяся на потолке лепнина отлично вписывались в эту легенду. Да и на полу, который отскребли от въевшейся грязи и натерли воском, стал виден узор из дубовых дощечек.

Здесь вполне могли кружиться нарядно одетые пары. В углу, где сейчас барная стойка, играл небольшой оркестр.