Во-первых, что значит «всё проверил»? У тебя юридическое образование есть? А во-вторых, как ты меня только что назвал?

Старик даже глазом не моргнул:

— Да, господин. Я окончил Токийский Императорский Университет и каждые два года подтверждаю свою квалификацию. Юриспруденция — это моя вторая профессия после флористики. У нас все в роду учатся на две профессии, чтобы приносить максимальную пользу Рю но Сиро. А «Господин Дракон» — это титул владельца замка Рю но Сиро. Так положено по обычаю.

Драконом только ещё мне не хватало быть. Ци-ван тогда точно изведётся до смерти, но на Императора Хань мне плевать с высокой колокольни — просто у меня уже есть гербовый символ, и мешать не хочется.

Хмыкаю:

— Давай как-нибудь иначе. Я граф Вещий-Филинов. На моём гербе филин. Путать меня с драконом не стоит.

Венглад слегка кланяется, всё с тем же невозмутимым лицом:

— Тогда, быть может, подойдёт «Господин Филин Драконовладеющий»? Главное, чтобы в титуле присутствовали два слова: «господин» и «дракон».

Пожимаю плечами:

— Ну, пускай хоть так. Звучит длинновато, но узнаваемо.

Нобунага поворачивается ко мне и с лёгкой полуулыбкой говорит:

— Данила-сан, мы можем либо возвращаться в мою провинцию, либо вы уже сейчас можете начать призывать сюда своих людей.

Замок теперь ваш.

— Вы можете возвращаться, Ода-сан, в свои владения, — говорю я, слегка кивнув. — А я вызову наш самолёт сюда. Этот остров — щедрый подарок от рода Нобунага. И я его принимаю.

Про себя думаю: нет смысла задерживать Нобунагу. Обманывать меня японцу — глупо, да и бессмысленно. Он мог подарить остров, мог не дарить — его добрая воля. Конечно, если бы он не сдержал слово, последствия были бы печальные — и для него, и для отношения к нему его же партнёров.

Но это уже другая история. Сейчас — он слово сдержал. А я — ценю это.

Венглад с непроницаемым лицом вновь подаёт голос:

— Раз вы собираетесь призвать в замок вооружённую гвардию, тем более нужна ваша подпись на документах владения, Господин Филин Драконовладеющий. Чтобы ваших людей без проволочек пропустили через японские службы на границе.

— Да, слуга прав, — подтверждает Нобунага.

Я перевожу взгляд на Оду:

— Значит, сколько гвардейцев в итоге я имею право держать в нынешних условиях на острове?

— Пять-шесть десятков воинов, — отвечает он после короткой паузы.

— Точно шесть. Даже если будет немного больше — никто не станет придираться. Места неспокойные, и филиппинцы могут в любой момент устроить «проверку на зуб».

Я улыбаюсь краем губ:

— Значит, остановимся на шестидесяти. Даже если на большее число пограничники закроют глаза — пока не будем перебарщивать и испытывать терпение японских блюстителей порядка.

— Уважаю вашу приверженность японским законам, — кивает Нобунага.