Мужчину медленно, с расстановкой сек длинным пастушьим кнутом крепкий рыночный стражник. На спине раба было уже пять длинных кровавых полос – сплетенный из тонких кожаных ремней кнут при каждом ударе просекал кожу будто ножом...

- Почему не получится? – поинтересовался Ланселот, видимо, не очень сведущий в таких делах.

- Больно вольнолюбивый раб попался, - пояснил начальник охраны крепости. – Так секут тех, кого из-за буйного нрава не смогли продать и решили забить до смерти. Просто чтоб другим невольникам неповадно было мечтать о свободе. Обычно на этом рынке так забивают одного в день.

Сегодня не повезло этому крепышу. Видимо, он из воинов, попавших в плен. Больно уж здоровый. Таких порой сломать не получается никакими истязаниями, и остается только засечь до смерти в назидание другим.

Стражник как раз занес кнут для следующего удара – и тут я, не выдержав такого зверства, заорала на весь рынок:

- Остановись!

Оказалось, что на эмоциях леди Элейн умеет верещать так, что те, кто стояли рядом со мной, аж присели от неожиданности. Я и сама удивилась – в прежней жизни у меня голос был начальственно-грубоватый, музыкальностью не отличающийся.

А тут мои голосовые связки выдали такую высокую ноту, что у меня самой слегка заложило уши.

Стражник, занесший было кнут для нового удара, от моего вопля вздрогнул и чуть не выронил своё орудие пытки. Но тут же взял себя в руки и яростно обернулся:

- Ты кто такая, чтобы мне указывать! – рявкнул он. – Сама к позорному столбу захотела?"

"- Полегче, служивый, - прорычал Ланселот. – Ты говоришь с благородной леди Элейн Уэльской! Смотри как бы за такие речи самому не отхватить плетей!

Лицо стражника перекосило от ненависти, и кто знает, чем бы закончилась эта перепалка, если б я не вмешалась.

- Перестаньте! - крикнула я. И, ткнув пальцем в истязаемого, спросила: – Сколько стоит этот человек?

Стражник ухмыльнулся, показав ряд черных, полусгнивших зубов.

- Этот отброс уже не имеет хозяина, его выкупил город для показательной казни. А рабы Камелота стоят вдвое дороже обычных.

- Сколько? – требовательным тоном повторила я.

- Два золотых солида, - ехидно проговорил стражник. – Ну что, благородная леди Элейн, готова отдать такие деньги за буйный кусок подпорченного мяса?

- Не сделай глупость, хозяйка, - пробормотал в усы Винс.

– Крепкий здоровый раб стоит один солид. Этот проходимец задрал цену вчетверо. Раны на спине этого невольника глубокие. Скорее всего, он вообще не выживет после такой порки.

- Я согласна! - крикнула я, развязывая кожаный кошель на поясе. – Отвяжи этого человека от столба!

- И не забудь связать снова, да покрепче, - добавил Ланселот. – Знаю я этих гордых пленных воинов, проблем с ними не оберешься.

Глава 29

Спина невольника выглядела жутковато.