Будь осторожна, на большом тракте полно жуликов и проходимцев — никому не доверяй. Фред за тобой присмотрит, но ты и сама не плошай!

Отец шагнул вперёд, неловко обхватил меня за плечи, обнимая. Потом словно опомнившись, вытащил из-за пазухи бархатный футляр, в котором я узнала подарок безвременно усопшего супруга и несколько свёрнутых в трубочку бумаг.

— Тут твоё брачное свидетельство и документы на землю. Как доберёшься до Лафкарда, зарегистрируй свои права в мэрии. Там же тебе должны выдать причитающиеся на прожитьё средства.

— Спасибо, — поблагодарила я его, понимая, что когда вскроется, какое приданное дал за мной отец, Ингрид устроит ему весёленькую жизнь. Надеюсь, это случиться не скоро и она успеет поостыть.

Закутавшийся в тёплый плащ Фред уже сидел рядом с возницей. Кони фыркали, нетерпеливо переступая с ноги на ногу.

— Пора! — отец подтолкнул меня к дилижансу, помогая забраться на подножку. — Да поможет тебе Пресветлая!

Дверь закрылась, экипаж дёрнулся, мерно зацокали копыта лошадей. Я прильнула к небольшому окошку, провожая взглядом старый сад и одинокую, чуть сгорбленную мужскую фигуру.

Повернув на просёлочную дорогу, мы поехали чуть быстрее и вскоре влились в поток других экипажей, повозок и телег, выезжая на большой дорожный тракт.

Чем дальше от дома мы отъезжали, тем спокойнее мне становилось. Чувство опасности осталось позади. Кто бы мог подумать, что напуганная разоблачением младшая сестра и обозлённая мачеха могут быть настолько опасны? Радовало, что отец всё же нашёл в себе силы пойти наперекор супруге, видимо он всё же по-своему любил свою старшую дочь, хоть и не показывал этого.

Впрочем, Элена никогда ни в чём не нуждалась, жила в тёплом просторном доме, имея свою комнату, не голодала, одевалось пусть и не богато, но по сезону, ни дня не работала. Меня удивляло другое — девушка кроме книг и вышивания никогда ничем не интересовалась, сидела в своём уютном мирке и всё её устраивало. Будь она чуть поактивнее, поласковее к отцу, может всё сложилось бы совсем по-другому.

Но я ведь совсем другая и это не могли не заметить, особенно тот, кто близко знал Элену. Покосилась на сидящую в уголочке дилижанса нянюшку, вот кто заменил девушке мать и знает её лучше всех. Я уже не раз ловила на себе удивлённые взгляды Эбби, не заметить всех этих перемен она просто не могла.

А какие у неё были глаза, когда я принялась выспрашивать стоимость вещей, пытаясь разобраться в денежных единицах.