— Прошу, господа!

Один из сотрудников с усмешкой открыл перед нами створку. Я оказался в коридоре, по обе стороны которого тянулись ряды металлических дверей.

Дальше нас разделили. Меня остановили у ближайшей камеры, Виктора и Катерину повели по коридору. Конвоир приложил карту к замку, и втолкнул меня в небольшую комнату.

— Жди! — послышалось за спиной и дверь закрылась.

Я зябко поежился: в камере было холодно и сыро. Осмотрелся. Небольшое помещение, противоположную от входа стену занимало внушающих размеров зеркало. Уверен, что с той стороны за мной уже наблюдает несколько человек.

В центре комнаты стоял обитый металлом стол, и два прикрученных к бетонному полу стула. Вот и вся обстановка."

"Спокойно уселся на стул. И уставился в стену, ожидая, пока придут дознаватели.

Где-то за стеной, где должна была быть соседняя камера, послышались приглушенные удары. И отчаянный крик боли. Но на меня этот хитрый трюк подействовал слабо. Скорее всего, ребята просто включили запись. Или разыгрывают сценку, чтобы напугать меня. И сделать сговорчивее. Поэтому я спокойно откинулся на спинку стула и закрыл глаза.

Было удивительно не ощущать в себе силы. Неужели простолюдины именно так живут? Хотя если они никогда не были такими, как я, то и не понимают собственную ущербность.

Дознаватель пришел минут через двадцать. Замок пискнул, и дверь открылась. В камеру вошел мужчина лет средних лет. Он был невысокого роста, плотный, с опухшим лицом, на котором широко расположились невыразительные рыбьи глаза и широкий тонкогубый рот. В руке посетитель держал объемную папку:

— Добрый день, — вежливо поприветствовал он меня.

— Карамазов, — охотно подсказал я.

Мужчина кивнул и сел напротив. Открыл папку и сделал вид, что изучает документы:

— Меня зовут Никита Ростов. И я хотел бы немного с вами пообщаться.

— Сначала скажите, в чем меня подозревают? — усмехнулся я. Заходить с козырей вроде «Позвоните Алексею Викторовичу Калинину» я не стал. Скорее всего, этим уже воспользовалась Катерина.

Ростов оторвался от чтения и с удивлением посмотрел на меня:

— Спаситель с вами, юноша. Какие подозрения? Вас привезли просто для того, чтобы поговорить.

— Какого Горшковича? — удивленно поднял бровь я.

— Лекаря настоятеля дома призрения святого Николая Чудотворца, — спокойно пояснил Ростов. — Степана Степановича, к слову, нашли в Корабельном районе. Вернее… то, что от него осталось.

— А что с ним случилось? — удивился я.

— Его сбил поезд. Тело пришлось собирать по кускам, представляете?

— Горе-то какое, — покачал я головой. — Невосполнимая утрата для города.