Он хотел убить меня, а я хотел убить его. И нечего было тут обсуждать.

Шаг вперёд. Сталь со свистом рассекает воздух. Тяжелое эхо удара раскатывается по горному хребту. Ублюдок в последний момент успевает отбить удар, отведя его в сторону. И тут же делает выпад вперёд. Удар приходится в рёбра. Меч не пробивает кольчужное полотно, нашитое поверх гамбезона, но в глазах всё равно начинает темнеть. Воздух с шумом вырывается из лёгких, а по боку начинает расползаться пульсирующая, острая боль. Хер собачий.

Отступаю на шаг, меч выставляю перед собой. Нужно немного времени прийти в себя. Ублюдок начинает обходить меня по широкой дуге, ища более удобную позицию для атаки. Делает короткий, но точный выпад. Боль простреливает плечо. По коже начинает течь что-то тёплое и нательная рубаха тут же прилипает к коже. Дерьмо. Надо было больше практиковаться. Но больше такого преимущества ублюдку я не дам.

Шаг вперёд, рубящий удар сверху. Колдун подставляет клинок, отражая его, но не замечает тяжелую латную рукавицу, летящую ему прямо в челюсть. Хруст зубов, короткий отчаянный вскрик. Губы засранца превращаются в красное месиво. По подбородку течёт несколько струек крови.

Быстрее, добить, пока он не опомнился. Шаг вперёд. Выпад. Остриё клинка нацелено ублюдку прямо в грудь. В последний момент он отходит чуть в сторону и наотмашь бьёт по моему клинку, чуть не выбивая его из рук. Серая сталь мелькает перед самым лицом, чиркает по щеке, оставляя глубокий разрез, и скребёт по шлему. Пока я пытался отступить назад, сохранив равновесие, сучий хер достал откуда-то кинжал и чуть не прикончил меня.

Колдун хищно оскалился кровавыми губами из под которых торчали обломки передних зубов. Оскалился и пошёл на меня, выставив перед собой меч, а руку с кинжалом отведя в сторону. Выпад. Меч свистит справа. Свистит и сталкивается с моим кацбальгером, уходя вниз. Миг. Мой клинок выскальзывает из руки, и ладонь тут же клещами впивается в запястье противника, не давая ему ударить снова. Вторая держит руку с кинжалом. Рывок вперёд. Голову чуть вниз. В ушах висит отчётливый звук ломающейся переносицы. За ним следует новый вскрик. Лязг падающего на землю клинка.

Отпускаю руки ублюдка. Выдох. Удар. Окованный сталью ботинок врезается ему в живот. Колдун сгибается пополам и, хрипя, заваливается на землю. Ну, вот и всё. Осталось только добить. Я наклонился, подобрал меч. И неторопливо пробрёл к этому козлоёбу, размышляя, что же с ним делать дальше. Убить? Но у меня была задача только отвлекать суку, пока до его настоящего тела не доберётся Вернон. Начать пытать? А вот это можно. В конце-концов должен же он заплатить за всех тех, кого погубили его подручные монстры. На губы вновь наползла кривая ухмылка.