Как тебе такое, Найт?

Я удаляюсь с победной ухмылкой. Чувствую, как он показывает мне средний палец, и для этого мне даже не нужно оборачиваться.

Перепрыгивая через ступеньки, поднимаюсь на третий этаж. Музыка снизу наконец затихает.

Мышцы напрягаются от перспективы найти Эльзу. Я не прикасался к ней со вчерашнего дня и уже сам не свой.

Возвращаюсь к мыслям о том, возможно ли вообще когда-нибудь насытиться Эльзой. Этого не произойдет. Не в этой жизни.

Мои друзья говорят, что я собственник. Я пропускаю их замечания мимо ушей, когда Эльза рядом, но устраиваю им веселую жизнь всякий раз, когда это возможно сделать у нее за спиной.

После выписки из больницы Эльза стала совершенно другим человеком.

Во-первых, она более открыто проявляет свои чувства ко мне. Стала более требовательной во всем, что считает правильным, но самое главное – отдается без остатка, как и я.

Я чувствую это, когда она открывает глаза и улыбается, а не хмурится. Когда обнимает меня, а не отстраняется.

Мы все еще живем отдельно друг от друга, но я планирую съехаться, как только поступим в университет.

То, как она напугала меня тогда в больнице, никогда больше не повторится. Доктор Альберт, ее кардиолог, пристально наблюдал за ее состоянием. Пока будет достаточно принимать таблетки, чтобы регулировать частоту сердечных сокращений. Эльза здорова, ее состояние стабильно, но он попросил хорошо за ней приглядывать, если она вдруг снова скроет, что ей стало хуже.

За Эльзой следят тетя, дядя и отец. Но я стал намного строже ее родственников, когда речь идет о контроле ее состояния. Конечно, Эльзе не всегда это нравится, но я дал ясно понять, что больше не допущу никакого попустительства, связанного с ее здоровьем.

Я ни в коем случае не оставлю ее в опасности, как тогда в подвале.

Подхожу к двери и толкаю ее. Лампа на прикроватном столике – единственный источник света."

"Здесь я впервые полностью завладел Эльзой, а она обхватила губами мой член.

Крепко запираю дверь и прислоняюсь к ней спиной.

– Сладкая?

– Я тут, – откликается она из ванной. – Секунду.

– Хоть миллион, – отвечаю я и снимаю пиджак, рубашку, брюки и боксеры.

Если она думает, что мы тут ради вечеринки, то ее ждет кое-что другое.

Поворачиваюсь спиной к ванной и вешаю одежду на стул, когда сзади меня обнимают изящные ручки. Теперь я знаю, почему она может двигаться так тихо. Она обзавелась этой привычкой десять лет назад, когда прокрадывалась ко мне в подвал.

– Ого. – Я чувствую ее дыхание на своей спине. – Да ты уже готов.

– Я готов всегда, сладкая.

Она целомудренно целует меня в спину и бормочет:

– Я тоже готова.

Я чувствую, что она одета, поэтому не может быть полностью готовой.

Сейчас мы это исправим.

Разворачиваюсь и замираю.