Не сам смысл, а схемы, которые пытался расшифровать. Поэтому и пошёл потом в «демонские филологи», так как зацепило меня подобное времяпрепровождение.

Так что специально тёмных знаний не искал — они сами нашли меня. Скрывал и собираюсь скрывать это дальше… Вот, правда, с тобой по пьяни казус случился. Видимо, так не захотел терять хорошего товарища, что обострённые алкоголем эмоции заставили меня вспомнить детство. Извини. Сейчас понимаю, что сильно рисковал не только своей душой, но и твоей.

— Извинения принимаются, — кивнул есаул. — Тем более твоя преступная выходка мне жизнь спасла. Но как ты понял, что извозчик упырём окажется?

— Бывают такие минутные всплески, — выдвинул я новую теорию. — Думаю, это тоже как-то связано с теми тёмными книгами. Дар во мне уже был, хоть и не проявившийся. Видимо, изучая запрещённые пентаграммы, как-то умудрился то ли активировать, то ли частично внедрить в себя несколько плетений. Не знаю…

Я ночью одну интересную пентаграмму составил и прогнал себя в ней. Могу с уверенностью сказать, что ничего из Преисподней в себе не ношу. Так что за демона можешь не считать. Родион Булатов — обыкновенный одарённый человек. Могу и тебя проверить, если хочешь.

— Не надо, Родион, — отказался кудрявый. — В Генеральном штабе на входе стоит очень мощная пентаграмма. Если бы во мне от тварей хоть что-то было, то вмиг испепелила бы. Признаться, подходил к ней с мокрой до задницы спиной. Но пронесло.

— И что теперь собираешься делать? — задал я самый важный вопрос.

— Ничего, Родя, — улыбнулся есаул. — Раз мы люди, а не твари, то волноваться смысла нет. Ну а про инцидент на кладбище давай просто забудем. В конце концов, я от него лишь выиграл. Но больше так не делай!

— Не буду, если подливать не станешь.

— Да я тебе ничего крепче чая теперь не налью! Правда, сегодня можно сделать маленькое исключение. Стоит отметить воссоединение боевого братства. Победу на дуэли тоже не обмыли. У меня с собой и коньячок есть. Лишь на закуску денег не хватило…

— Совсем «на мели»? — правильно понял я его кислую мину на последней фразе.

— Бывает, — отмахнулся он. — Жалованье у меня сейчас небольшое, без боевых надбавок, а цены в столице кусаются. К тому же за Аннушкой красиво поухаживать тоже денег стоит. А без этого не могу! Я ж не ловелас-прощелыга, а честный казак!

— Могу в долг дать, — предложил я.

— Спасибо, Родя, но не надо. Между товарищами лучше долгов не иметь. Не боись, переживу. Три дня перекантоваться до получки осталось, да и на службе бесплатно кормят.

Идея пришла в голову внезапно. Рискованная, но если выгорит, то…

— Слушай, Иван Игнатьевич! А хочешь хорошо заработать частным образом? — спросил я.

— В смысле «частным»?

— Я тут случайно узнал о парочке незаконных оружейных складов.