Но сегодня лэрд Кригэн вызвал рабочих, чтобы заложить провал, и обнаружился потайной коридор. Это так волнительно!

— А я все проспала! — воскликнула Мартиса.

Она вскочила с кровати, чуть не опрокинув чай, но, к счастью, успела поймать чашку. Быстро умывшись, она переоделась из ночной рубашки в платье.

— Вы пойдете вниз? — спросила Холли, посмеиваясь.

— О да, конечно! Потайной коридор! Разве я могу пропустить такое событие? — Мартиса выбежала из комнаты.

В коридорах было пусто. Пока она торопливо шла по коридору второго этажа, спускалась по лестнице в главный зал и сходила по холодным каменным ступеням винтовой лестницы в подвал, ей не встретилось ни души.

Но уже на нижней площадке Мартиса услышала голоса, они доносились откуда-то из дальнего склепа. Проходя мимо часовни, Мартиса поняла, что голоса раздаются из самого нового склепа, из того, где лежит Мэри. Она поспешила туда и увидела, что в склепе собрались все: Брюс, Йен, Конар, Питер и даже Хогарт, — а также немало мужчин из деревни и с конюшни. Среди них был и гигант со шрамом, Роберт Макклауд. Он кивнул Мартисе, и от его странной улыбки она почувствовала себя неуютно. Рядом стояли Трей Макнамара и двое мужчин постарше, с обветренными и изможденными лицами. Элайна гоже была здесь, она сидела на пустой могильной плите чуть в стороне от мужчин, закрыв лицо руками.

Юный Джеми Макпигерс молча стоял рядом с Брюсом, который положил руку на его плечо. Все смотрели на стену в том месте, где развалилась кирпичная кладка. Потом Брюс распорядился:"

"— Разберите оставшуюся часть стены, потом мы как можно осторожнее вынесем ее, хотя для нее это слишком поздно.

— Что там? — ахнула Мартиса.

Она устремилась вперед, желая заглянуть в образовавшийся провал в стене. Брюс резко окликнул ее:

— Мартиса, остановитесь!

Но поздно. Она проскользнула мимо всех, и никто из рабочих ее не остановил. Брюс попытался — схватил ее за руки и притянул к себе, — но было поздно. Сквозь дыру в стене было видно небольшую нишу в стене, а зажженная лампа позволяла увидеть и то, что было внутри. Там лежали кости. Кости с останками человеческой плоти, обрывками мягкого хлопка, трогательных кружевных лент, даже угадывался корсет. Положение, в котором эти останки были прислонены к стене, казалось позой отчаяния.

Как будто девушка умерла, замурованная в стене; она кричала, и когда ее крики никто не услышал, умирая, тянулась за последними глотками воздуха.

Мартиса вскрикнула, одновременно к горлу ее подступила тошнота. Сейчас она была рада, что Брюс рядом, — сдерживая рвущийся из горла крик, она бессильно обвисла на его руках.

— Ради Бога, унесите же ее и прикройте это чем-нибудь! — резко приказал Брюс. — И поосторожнее, останки должен осмотреть доктор Мактиг.