Мама молча кивает, а я бреду в душ и сразу спать. Провалился в сон мгновенно. Но уже утром меня будит звонок телефона. И не от кого-то, а от самого Александра Белова.

— Пошёл, нахуй, — бормочу и скидываю звонок. Этого долбоящера мне еще не хватало.

Второе пробуждение происходит через час, но уже более приятное. От аромата маминых блинчиков. Выбираюсь как крот из норы, точнее, из постели и шаркая ногами, бреду на слюнопомрочительные запахи.

— Мам, ты ведьма! Разбудила меня своими блинами.

— А, да, я могу, — смеётся она, стоя с лопаткой в руках. — Выспался?

— Ага.

* * *После завтрака сразу собираюсь и еду к Кате. По дороге на сто раз проворачивая наш разговор. Понимаю и принимаю мысленно надвигающийся апокалипсис, но сделать это нужно было уже давно.

Заезжаю на парковку, глушу двигатель и набираю Зайцевой.

— Привет, Кать. Ты дома?

— Дома, — отвечает психованно и тут же сбрасывает звонок.

— Ф-ф-ф… — с шумом выдыхаю и выхожу из машины.

Поднимаю взгляд на окна её квартиры. Уверен, что она стоит сейчас за занавесками и смотрит на меня. Поднимаю в приветствии руку и иду к подъезду.

Выхожу из лифта и вижу, что Зайцев стоит в дверном проёме, в домашних шортах и маечке, сложив на груди руки.

— Посмотрите-ка, кто тут у нас появился! Это же сам Глеб Григорьевич!

— Катя, нам надо поговорить, — перебиваю, потому что мне не до её истерик.

— Ах, поговорить? Поговорить Глебушка захотел? Какая неожиданность, а я тоже! — Прям босиком делает шаг на площадку и замахивается рукой, которую я с лёгкостью ловлю.

— Даже не думай, — говорю с нейтральной интонацией, но этого достаточно, чтобы она поняла, что перешла со мной черту. Единственная, кому я могу позволить нанести и простить миллиарды пощечин — это Яна.

Подталкиваю Зайцеву в сторону квартиры, захожу и закрываю за собой дверь. Вместе проходим в просторную и светлую гостиную, обставленную со вкусом, но все же такую чужую для меня все эти годы. Присаживаюсь на диван и упираюсь локтями в колени. Катя стоит чуть поодаль и обнимает себя за плечи, будто ей холодно.

— Какого чёрта ты меня бросил? И где ты вообще пропадал?

— Кать, всё это сейчас не так важно. Прости, что пропал. Согласен, вышло некрасиво. Но сейчас о другом.

Она бросает на меня затравленный взгляд и всё-таки садится на противоположный край дивана.

— Я думаю, ты сама замечаешь, что наши отношения далеки от идеала.

— Что ты хочешь этим сказать? — говорит дрогнувшим голосом и начинает поправлять на себе одежду.

— Я хочу сказать, что я не смогу сделать тебя счастливой, — опускаю голову, понимая, как дерьмово звучу со стороны. — Прости, но я буду ещё большим уродом, если и дальше буду тратить твоё время, — Поднимаю глаза и встречаюсь с её ошарашенным взглядом.