Она совсем не пряталась, напротив, ходила по своим любимым местам, вела праздную жизнь, а мне всё не давал покоя вопрос: откуда у неё были на это деньги?

Я отследил по своим счетам, что переводил ей определенную сумму в день аварии, правда, зачем, не помнил, но больше никаких операций с переводами на её счёт не было, плюс отправил ей какие-то деньги, когда она приходила. Но этого явно было мало. Её кто-то спонсировал, и это точно был не я.

Моё положение осложняло то, что я не мог спокойно передвигаться самостоятельно по городу. Пришлось вызвать помощника, чтобы мне помогли спуститься и довезли до места.

Что я собирался ей сказать? Пока я точно не знал, но то, что даже при упоминании её имени меня всего начинало колбасить от злости – было фактом. Причем мне казалось, что злость по отношению к ней была для меня не новым чувством, похоже, я уже её когда-то испытывал.

Подъехав к одному из наших старых складов, который сейчас был выставлен на продажу, я огляделся. Идеальное пустынное место, куда редко заезжал кто-то, кроме дальнобойщиков, перевозящих грузы.

Чувствовал себя паршиво, словно какой-то преступник, который привёз свою жертву в тайное место, но у меня не было выбора. Она не оставляла мне его. Действовать по-хорошему с ней не получалось.

Я зашёл в амбар, служащий нам когда-то складом. Здесь всё ещё стояли стеллажи, высотой почти до самого потолка, где мы хранили товар, и даже остались несколько неотгруженных коробок. Никого не было видно, только в глубине амбара слышались какие-то шумы.

На своих костылях я был не слишком мобилен, но уже достаточно ловко справлялся с управлением, идя на звук.

На улице уже были сумерки, и здесь горел тусклый свет, рождаемый парой лампочек, свисающих с крыши.

- Я так и знала, что это ты, – услышал я фразу и повернул голову на голос. В углубленной нише сидела Екатерина, а рядом с ней были два амбала. Я их не знал, скорее всего это были работники того, кого я нанял для слежки.

Несмотря на то, что руки Екатерины были связаны, она сидела в позе настоящей королевы, победоносно уставившись на меня.

- У тебя были ещё варианты? Насолила немалому количеству людей, да?

- Ты ведь в курсе, что похищение - это уголовно наказуемое дело?

- Как и шантаж, дорогая. Так что тут мы с тобой почти на равных. Тем более, что я не хочу причинять тебе вред, я просто наконец хочу поговорить, разобраться во всём, и чтобы ты наконец уже отстала от меня и моей семьи и, в идеале, заткнулась.

- Про заткнулась – это легко. Ты ведь знаешь, чем можно закрыть мне рот, – облизнулась она, а я поморщился. Эта продажная, непорядочная дешёвка совсем не вызывала никаких сексуальных желаний.

В моём кармане завибрировал телефон, но мне было сейчас не до него, я не стал даже смотреть, кто звонит.