Достала его ноутбук и зашла в банк.

Самое смешное, что ему, из-за разбитого телефона, даже уведомление на телефон не могло прийти, что я туда залезла.

На первый взгляд, с его личными счетами было всё нормально. Подумав пару секунд, я перевела часть средств с его карты на свою. Действовала в основном инстинктивно, особо не задумываясь, зачем я это делаю. Наверное, работал какой-то инстинкт самосохранения, а ещё обида.

Если это действительно Егор оплатил учительнице вип-палату, то от того, что я перевела часть денег себе, точно не сломается.

А потом моя рука зависла над кнопкой «История операций».

У меня был шанс посмотреть, куда Егор тратил деньги с личной карты в последние несколько дней.

Непонятно зачем зажмурившись, я нажала на клавишу и открыла страницу.

Последний платёж был в день аварии. Я ненадолго задумалась, как он оплатил доставку для меня, но быстро решила, что мог попросить кого-то это сделать.

Я прокрутила список покупок на начало дня.

Перевод некому Андрею Олеговичу С. двухсот тысяч. – Это, скорее всего, было по работе.

Оплата покупок в продуктовом магазине. – Точно, я помнила, что просила в тот день Егора купить хлеб и сметану для супа, время как раз совпадало.

Перевод Екатерине Николаевне В. трёхсот тысяч. – Палец замер над этой записью. Он что, платил ей за секс? Или просто содержал? Неплохой такой денежный бонус, а сколько таких было?

И глаза уткнулись на последнюю запись – оплату заправки.

У меня, похоже, включился уже максимальный режим детектива. Я взяла телефон, и загуглила номер заправки, на которой он заправился.

Оказалось, что он почему-то заправлялся за чертой города. И совсем не в том районе, где был наш дом.

Что Егор делал за городом? Неужели, где-то там и было их с учительницей «наше место»?

20 глава

На следующий день я обнаружила, что Слава заболел. Когда я зашла к нему утром, чтобы разбудить его в школу, то увидела, что он уже не спал, выглядел бледным и вялым.

Градусник подтвердил мои предположения, и я, вызвав врача на дом, оставила сына дома. Написала сообщение тренеру, а потом встала как вкопанная, задумавшись, кому теперь писать по школьным вопросам.

В голову пришла мысль, что, наверное, мне всё же придётся перевести сына в другую школу, потому что я не могла больше нормально относиться ни к кому, кто работал в этом заведении. Был конец мая, Слава заканчивал седьмой класс, и я не думала, что могли возникнуть какие-то проблемы с переводом.

Отложив все свои проблемы на потом, я усиленно занялась лечением сына. За тринадцать лет стоило привыкнуть, что дети имеют свойство болеть, но каждый раз, как это случалось, моё сердце обливалось кровью. Я готова была заболеть вместо него, лишь бы мой ребёнок чувствовал себя нормально.