Ты ведь, наверное, уже и не помнишь, что идею для фирмы дал тебе я? Я сам тогда размышлял над тем, в какую сторону двигаться."

"- Ну так двигался бы! Почему ты сейчас обвиняешь меня во всех своих неудачах? Всё, в чём я виноват перед тобой, это что тогда, сопливым подростком, первым подошёл к Лере и пригласил в кино. Не надо вешать на меня всё остальное. Это всё сделал ты сам. И сам будешь нести наказание за содеянное.

Кирилл отклонился на спинку стула и замолчал. Я видел, что он сжимает и разжимает кулаки, явно подстегиваемый внутренними переживаниями к драке, но я не боялся. Если он хотел драться, я был не против начистить ему лицо, пусть я и по факту сейчас был на одной ноге. Но нас, конечно же, очень быстро бы здесь разняли.

- Всё, время вышло, – открыл дверь следователь, и из-за его спины вышел охранник, который подошёл к Кириллу, поднял его и направил к выходу.

- Ты думал, что у тебя ничего нет. Так теперь у тебя нет ещё и друга, – сказал я уже ему в спину, когда он почти вышел.

Я остался один, а через некоторое время меня отпустили, однако попросили пока не покидать город, на всякий случай.

Вернувшись домой, я обнаружил, что Леры ещё нет, но она должна была приехать в ближайшее время. Я отправил за ней машину и договорился с врачом о выписке и визитах для лечения домой.

Ожидая её, я пытался придумать, как сейчас донести всю полученную мной новую информацию до неё, как объяснить ей всё так, чтобы она точно поняла мои чувства и мотивы, но день был настолько изнуряющим, что я и сам не заметил, как за своими размышлениями заснул.

Лера

Меня подвезли к нашему дому, и я взяла для себя пару минут паузы в машине, чтобы собраться с духом. Мне предстояло сказать Егору о своём решении.

Когда он ушел к следователю, я многое обдумала из того, что он сказал, и того, что было мне известно. И пока я не видела больше возможностей для нас, чтобы продолжать быть вместе точно так же, как раньше.

Самым сильным потрясением оказался для меня не сам факт физической измены, а то, что я больше не могла доверять человеку.

Она ему писала, а он ничего мне не сказал. Я не могла найти этому оправдания, и мне было больно только от мыслей, что он наслаждался этой своей тайной.

Квартира встретила меня звенящей тишиной. Я всё ещё чувствовала слабость и долго не могла быть на ногах, поэтому поспешила раздеться и направилась в спальню, чтобы прилечь.

На своей стороне кровати так привычно лежал Егор. Я легла рядом с ним и повернулась в его сторону.

Он был такой умиротворённый. Складка между бровей разгладилась, дыхание было спокойным, а на губах, казалось, даже была лёгкая улыбка.

Не поняла, как он проснулся. Он просто в какой-то момент открыл глаза и уставился на меня.

- Привет. Ты приехала? – спросил он какую-то очевидную вещь.

- Привет. Как видишь.

- Блин, прости.