Потому заслужила эту жилплощадь. Пусть это он катится к этой швали. Не буду ей освобождать то место, где создавала уют. Не для нее я это делала.

— Ты же понимаешь, что Руслан не уйдет? — осторожно спрашивает Лера.

— Уйдет. Я его домой не пущу.

— Ой, когда его это останавливало! — восклицает она.

— Посмотрим, — бросаю и выхожу из машины.

Свежий воздух становится значительно прохладнее, чем был еще несколько минут назад, когда я садилась в машину. Или это я так остро ощущаю потому, что что меня от обиды знобит.

Обхватываю себя руками, пытаясь согреться.

— Ой! — восклицает баба Люба, — вы уже вернулись?

— Да, теперь самолеты стремительные, — язвит Лерка, — сверхзвуковые.

— Аааа, — протягивает старушка.

Оборачиваюсь на подругу, которая вынимает из багажника мой чемодан. Что ей старушка сделала, что она на нее так не доброжелательно реагирует?

— Зачем ты так? — осекаю подругу, которая лишь пожимает плечами в ответ и кривит губы.

— Доброй ночи, баба Люба, — улыбаюсь пожилой соседке. Та кивает в ответ, с любопытством нас оглядывая.

Мы заходим в квартиру, в которой на место уютному закату уже сгустились сумерки.

Включаю свет. В голове проносятся картинки из наших с Русланом вечеров, когда я готовила вкусный ужин, а он терся рядом и смешил меня, помогая и мешая одновременно. Как это все мне казалось милым.

Как, оказывается, легко разбить счастье. И как это больно.

— С тобой остаться? — тихо спрашивает Лерка."

"— Езжай домой. Спасибо за поддержку. Что-то я жутко устала. Прямо с ног валюсь.

Подруга понимающе кивает, обнимает меня и напутствует:

— Держись. Ежели чего — звони. Я тут же примчусь.

Закрываю за подругой дверь. Оставляю ключ в замке, чтобы нельзя было открыть. Сама сажусь на кровать и смотрю в одну точку перед собой.

Вот и все. У меня больше нет семьи.

Никакой. Ни своей, ни родительской.

Затем меня окутывает такая жуткая усталость, что я сама не замечаю, как заваливаюсь на бок и также в одежде, как и была, засыпаю сном без сновидений. Сном, после которого усталость не проходит, а боль не затихает.

Раздается звонок в дверь.

Спросонья я не сразу понимаю, что происходит. А тем временем к звонку добавился стук в дверь и неразборчивый голос.

Сажусь в кровати, протираю глаза. Бросаю взгляд на телефон. Время близится к полуночи.

97 пропущенных вызовов от Руслана.

Натыкаюсь на чемодан и сразу все вспоминаю. Боль новой волной накатывает на меня.

Этот подонок еще смеет звонить!

Стук в дверь не прекращается.

Звонки тоже.

Не буду открывать.

На очередном звонке снимаю трубку, надеясь, что после разговора прекратит безобразничать и уйдет к своей шмаре.

— Юля! Юляша! Где ты? Что с тобой? Я не могу попасть домой. Ты дома? Любимая, у меня едва сердце не оторвалось.