Я часто думал, как меня все достали, хоть бы на чуть-чуть на необитаемый остров, чтобы людей не было. Была тишина. Вот она тишина, только не та, о которой я говорил. Кроссворд дали бы что ли.

— Свободны, — опер с пинка открывает дверь. — Бумаги вот подпишите, и можете быть свободны. По делу нападения на Артура Чернышова вас вызовут дополнительно.

— Ого, труп не смогли найти?

— Труп сам в другой отдел пришел, там ее визит зафиксировал сотрудник Кулик Иван Алексеевич. Данные к нам прислал, запись, ее заявление. Выше, — показывает пальцем на потолок, — было принято решение вас отпустить.

— Сейчас сколько времени?

— Почти четыре утра.

— И что те, — тоже поднимаю палец вверх, — сейчас не спят? Обо мне думают?

— Сегодня никто не спит. Пресса вон под окнами тусуется. Думаю, начальству занят ваши и их знакомые. Какой тут уж сон. Это вам реклама и пиар, а нам и присесть теперь некогда, сутки на ногах.

Видимо, мои и бабка с Линой разминулись, пока одни по подъездам шлялись, вторые, измором отделение полиции брали. Надо потом заехать к этому Кулику, поблагодарить, что не стал утра ждать, а сразу в дело новые данные пустил.

Дома в душ и пару часов сна.

В восемь двадцать звонок. Охранники ресторана.

— Что еще случилось? Нас обокрали, затопили?

— Ну, тут какая-то бабка приперлась. Говорит, что с вами ей поговорить надо. И мент с ней, ксиву показал — опер Кулик. Решили вот вам сначала позвонить, что с ними делать. Мы ее гоним, а она орет. Не хочется лишних проблем."

"На заднем фоне женский голос кроет матом всех подряд.

— Впустите их, пусть кухня завтрак приготовит, я уже еду.

Эх, права была бабушка, когда говорила, что наше поколение ничто по сравнению с их.

Это ж надо и чуть с охраной не подралась, и меня отмазывать пришла.

Пять минут на сборы. Еду.

Захожу в ресторан. На двух стульях спит паренек в форме, кажется, он лет на пять младше меня. За столиком у окна пожилая женщина, завтракает.

— Доброе утро. Вы хотели меня видеть.

— Я не хотела, у меня совсем другие желания, — не пойму шутит или нет. — Лину, кажется, украли. Мы с ней пришли вечером, почти ночью дмой. Вас ходили в Ваньку спасать. А утром она от вас машину какую- то ждать собиралась. Я к ней зашла — никого, на лавке у подъезда чашка с чаем.

Наша чашка, из моего сервиза. Я к Ваньку, — кивает в сторону спящего, — он еще на дежурстве. А он говорит, что лучше сначала у вас все спросить, а потом бить тревогу, а то вдруг опять загребут. Я к вам звонила-звонила, кто ж трубку взял. Лоботрясы ваши так-то стоят, а делать ничего не делают. Вот мы с Ваньком к вам и приехали. У вас Линка?

— Нет, — в сердце появилась тревога. — Найдем. Сейчас всех подключим.

Глава 38. Олег. Спасение

До десяти никаких новостей. Машину пробили, а толку.

— Тут какая-то Лина звонила.