Мне такие детали неинтересны. У вас есть еще вопросы?

— Всего один. Какие отношения были между братьями?

— Нормальные. Старший, конечно, всегда был своеобразным типом. Скупой, черствый, очень расчетливый. Он и копейки просто так не потратил бы. А младший — полная противоположность. Транжира, щедрый до безумия, любитель и прожигатель жизни. Сказывалось разное детство. Все-таки старший брат вырос в доме своей мачехи, а со вторым достаточно долго занималась его мать, к которой он очень хорошо относился. Хотя сама семья была достаточно простой. Они не были ни аристократами, ни обеспеченными рантье.

Вас еще что-то интересует или вы уже закончили допрос?

После расспросов о Солагашвили женщина явно изменилась. Дронго видел, как она нервничала, и понял, что продолжать беседу не стоит.

— Спасибо за то, что ответили на мои вопросы. Извините за беспокойство, — сказал он.

— Я ответила на ваши вопросы только ради своей дочери. Чтобы избавить ее от вашего возможного любопытства. Я хочу, чтобы вы себе уяснили одну элементарно простую вещь. Ни я, ни моя дочь, ни мои знакомые, друзья и родственники не имеют никакого отношения к убийству Монахова.

Вы не там ищете. Нужно хорошо допросить этого охранника, и он вам обязательно расскажет правду, — упрямо пробубнила Регина. — В конце концов, есть специальные средства, позволяющие выяснить, лжет человек или говорит правду. Можно сделать ему укол…

— Его уже проверяли на детекторе, — пояснил Дронго. — Сразу два эксперта пришли к однозначному выводу, что он не врет и никогда не убивал Алексея Монахова.

Регина еще раз побарабанила пальцами по столу и убежденно произнесла:

— Это все ваши непонятные уловки.

Все равно всем известно, кто и зачем убил Монахова. Даже если этот охранник не стрелял. Я ведь вам сразу сказала, что его просто подставили. А настоящий убийца — совсем другой человек. Так и получилось.

Ее невозможно было переубедить.

— Мы будем проверять все версии, — пообещал Дронго.

Хозяйка дома не подала руки на прощание ни ему, ни Эдгару Вейдеманису. Только кивнула.

Они вышли на улицу.

— Сложная женщина, — сказал Вейдеманис. — Жить рядом с такой особой — тоже нелегкое испытание.

— Монахов и сам не был подарком, — заметил Дронго.

 — Теперь нам нужно срочно найти Солагашвили и понять, какое именно предложение он сделал Алексею Монахову. Только боюсь, что на этот раз старший брат нам помочь не сможет. Придется тебе самому искать телефоны этого Левана. Еще надо срочно переговорить с водителями.

— С обоими? — уточнил Эдгар.

— Да. Мне будет интересно услышать их мнение. А тебе нужно срочно найти телефоны Солагашвили.

— Легче было узнать у Регины. Или спросить у Димы, — пробормотал Вейдеманис. — Но ты наверняка не разрешишь мне сделать это.