— Дайте нам номер телефона водителя, чтобы мы могли завтра с ним переговорить.

— Сейчас. — Апрелев развернулся, нажал кнопку селектора и распорядился: — Алла, принесите номер телефона нашего водителя Славы. У вас все? Я могу наконец-то поехать по делам? — спросил он у своих гостей. — Или вам нужны еще какие-то номера телефонов?

— Можете ехать. — Дронго поднялся и, не пожимая руки, кивнул на прощание: — До свидания.

За ним встал Вейдеманис.

— Всего хорошего. — Апрелев усмехнулся. — Позвольте дать вам совет, господа детективы. Вы напрасно согласились помогать Монахову.

Ничего нового вы все равно не узнаете. А за ничтожный результат этот прижимистый тип просто не заплатит гонорара. Поэтому лучше вам отказаться от дела, пока не поздно.

— Я могу передать ваши слова Сергею Владиленовичу? — спросил Дронго.

— А вы нехороший человек. — Апрелев покачал головой. — Считайте, что я пошутил.

Дронго и Вейдеманис вышли в коридор. Алла протянула им записку с номером телефона водителя. Дронго кивнул в знак благодарности и положил бумажку в карман.

Уже на улице Эдгар спросил:

— Что случилось? Почему Гайдаев тебе позвонил?

— Он сообщил, что Вавилов нашел свидетеля, который видел оружие в руках Хасмамедова.

— Этого не может быть. Он успел выстрелить и швырнуть пистолет в сторону жертвы?

— Завтра все узнаем. Леонид Леонидович попросил приехать к нему в десять утра.

Глава 6

Утром друзья приехали в следственный комитет. Гайдаев уже заказал им пропуска.

В кабинете они узнали, что Вавилов с утра уехал на очередное мероприятие и обещал быть к половине одиннадцатого."

"— Мы разговаривали вчера с Александрой Львовной и Дмитрием Апрелевым, — сказал Дронго.

 — От выстрела до того мгновения, когда они ворвались в кабинет, прошло двадцать или даже пятнадцать секунд. Хасмамедов просто физически не мог бы успеть отнять у Монахова пистолет, выстрелить, добежать до окна, отшвырнуть оружие и выпрыгнуть. А главное — зачем выбрасывать ствол? Вам не кажется, что ваш молодой коллега просто подстраховался, решив настаивать на своей версии?

— Я не комментирую действия своих коллег, — тактично заметил Гайдаев. — Но судья не поверила в нашу первую версию.

— Я тоже не очень в нее верю, — признался Дронго.

 — Просто физически не получается по времени.

— Значит, мы что-то упустили, — сказал следователь. — Но есть еще один важный вопрос. Почему второй выстрел оказался более приглушенным, чем первый? Ведь баллистическая экспертиза точно установила, что было два выстрела. Второй из них должен был прозвучать сильнее первого. Первая пуля попала в стену, вторая убила Монахова. Он был гораздо ближе к дверям.

— У вас есть предположения?

— Не знаю. В мистику я не верю, а в кабинете больше никого не было.