А если хорошенько разобраться, дело лишь в том, что туда слетелись все стервятники делового мира, хищники почище исландских пиратов, умеющие только одно: выжимать прибыль из всего, что попадается на глаза. Из природы, из недр, из наивной человеческой веры в лучшую долю. Из людей – в первую очередь. Газеты пишут, что чернокожее население Австралии уже фактически истреблено, эвкалиптовые леса сведены под пашни и овечьи пастбища. Дальше будет только хуже. Испоганив свой материк, не остановятся – пойдут искать новых земель, обзаведутся колониями, чтобы их сосать. И хуже того – заразят своим образом мышления весь цивилизованный мир. А нищие рабочие, погрязшие в беспросветной нужде, выдумают такую идеологию, что куда там мраксизму!

Нет, великое счастье, что никакой Химерики не существует! Она заразила бы мир куда раньше реальной, но далекой Австралии. Надо быть глупцом, чтобы верить, будто православная, исполненная высокой духовности российская цивилизация сможет сколь-нибудь долго противиться нахрапу новой идеологии – идеологии чистогана, успеха любой ценой, лисьей пронырливости и волчьей хватки. Не сможем-с. Идеализм хрупок, люди слабы. Любопытно, описал ли этот Харви в своей занимательной книжице для простаков то, чем стала Россия в его «дивном новом мире»? Вот уж, надо думать, печальное зрелище…

Хотя с какой стати ему думать о России? У каждого свое отечество.

Лишь у мраксистов его, кажется, нет – так их учит Клара Мракс. Однако же вызвался добровольцем Аверьянов и многие другие! Как они объяснят это самим себе без душевного раздрая? Мстительным желанием убивать норманнов? И только-то?

Вряд ли. Тут нечто большее, но скажешь им об этом – огрызнутся в ответ и не поверят. Ни один не поверит.

Да и черт пока с ними! Они станут проблемой потом, не сейчас!

Еще не проблемой России, но уже проблемой статского советника графа Эн Эн Лопухина…

Сейчас проблема только одна: нет достойной цели, пусты гренландские берега. Ползет текучее время, бегут дни. Есть опасность не застать «Победослав» в Гонолулу. Кривцов уверяет, что любой грамотный штурман проложит курс от Азор до Сандвичевых островов в полосе попутных пассатов. Для «Победослава» это лишняя тысяча морских миль, но проигрыш в расстоянии обернется выигрышем во времени. Баркентине же придется иметь дело со встречными ветрами."

"Солнечный зайчик скользнул по обезьянскому чучелу, поплясал на потолке и пропал. Вошел Еропка, зевая и потягиваясь со сна. Последние дни бездельник только и делал, что набивал брюхо да спал. Никто ему в этом не препятствовал и меньше всего граф, молчаливо благодарный слуге за лечение и уход. Лодырь беззастенчиво этим пользовался.

– В портки скоро не влезешь, – заметил ему Лопухин. – Ишь, брюхо-то наел.