Второй раз она пришла в себя ночью и обнаружила, что рядом сидит целитель и клюет носом.

Наложница шевельнулась, попытавшись приподняться, но у нее ничего не получилось, зато она разбудила целителя, и тот резво подскочил к кровати.

— Тише, не шевелись. Сейчас я дам отвар и станет легче."

"Пить хотелось, и Алика послушно открывала рот и глотала, пока чашка в руках мужчины не опустела.

— Что со мной?

— Позже, я все расскажу тебе позже. А сейчас спи!

Третье пробуждение было менее болезненным, женщина чувствовала себя почти неплохо и только слабость давала о себе знать.

Возле нее теперь сидела рабыня и как только Алика открыла глаза, она повыше подняла ей подушку, помогла умыться и накормила какой-то очень вкусной кашкой.

Едва женщина проглотила последнюю ложку, как явился целитель, озабоченно наклонился над ней, поводил руками над ее телом, задержал руки над животом и довольно улыбнулся.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил он у наложницы. — Где-нибудь болит?

— Нет, — прислушалась к себе женщина. — Только голова кружится и слабость. Что со мной?

— Уже ничего страшного, ты идешь на поправку, — уклончиво ответил целитель.

 — Тебе надо хорошо кушать и побольше отдыхать. Выпей вот это зелье, а потом — вот этот отвар.

Алика покорно впила то и другое и почти сразу же заснула.

С каждым днем наложнице было все лучше и лучше, она уже не только сидела, но и вставала и немного ходила и смогла оценить покои, в которых оказалась. Это была не комната в гареме, а отдельные палаты из четырех комнат, большой купальни и личного отхожего места при них. Все осмотреть пока не получалось, но по частям она увидеть успела — большая спальня, богато обставленная гостиная, комната для личной горничной и, видимо, столовая.

Специальные двери вели в купальню, туалет и комнату, которую Алика определила как гардеробную. Но какой у наложницы может быть гардероб? Смех один! Десяток туник, пять легких платьев и сорочек, стоило под них целую комнату выделять?

Женщина по-прежнему не понимала, что с ней случилось, ведь четыре раза были совсем другие! Рабыни на ее вопросы не отвечали, только предлагали поесть, или искупаться, в общем, разговаривали только о насущных потребностях. Целитель приносил и заставлял при ней выпивать отвары и зелья, после чего она немедленно засыпала и ни о чем его не успевала спросить.

Наконец, Алике все это надоело, к тому же, она совершенно поправилась, больше не было ни слабости, ни головных болей, ничего не тянуло и не жгло ни в животе, ни в промежности, и женщина решила, что сегодня кое-кому допроса не избежать.

Целитель пришел, как всегда, сразу после ужина и тут же протянул Алике чашки с отваром и зельем.

— Женщина взяла их и заявила:

— Не буду ничего пить, если не получу ответы.