– Сразу уничтожить нас не получится, – глухо заговорил Илья, вытягивая в сторону Всеволода Марьевича палец. С пальца сорвалась длинная оранжевая искра, лопнула с оглушительным звоном, заставив вздрогнуть всех, кто находился в зале.

– Отдай мою жену, дьявол!

Георгий словно невзначай показал свой трехзубый нож с сияющим кончиком.

Калошин глянул на этот нож, хмыкнул, оглянулся на Евангелину.

– Она у тебя?

– У меня! – с вызовом выпрямилась верховная жрица. – И я не намерена…

– Отдай!

– Здесь я… – Евангелина, очевидно, хотела сказать: «Здесь я хозяйка!»

Глаза Калошина метнули молнии. Евангелина отшатнулась, бледнея, отступила на два шага.

– Ты пожалеешь об этом, наместник!

– Это решит Господин, Графиня, которого я жду с минуты на минуту. Не мешай нам!

Евангелина отступила еще на шаг, не сводя глаз с Калошина, чьи черты вдруг поплыли, исказились на короткое время. Поманила пальцем одного из слуг:

– Торк, приведи девчонку.

Сутулый бородач молча скрылся в коридоре.

Прошла минута, другая, третья. Напряжение, охватившее десантников, достигло предела. Илья затаил дыхание, прислушиваясь к звукам, долетавшим из глубин здания.

Наконец послышались шаги, и сутулый Торк вывел в зал Владиславу в накинутом на плечи фиолетовом плаще или скорее монашеском платье без рукавов. Лицо ее было бледным, похудевшим, исцарапанным, но глаза горели непокорным голубым огнем и смотрели дерзко и твердо. Евангелине не удалось сломать волю девушки, несмотря на пытки и колдовские приемы.

– Илья! – вскрикнула она, увидев Пашина, и бросилась к нему, путаясь в платье, едва не упала.

Илья в два прыжка преодолел разделяющее их расстояние, схватил жену в охапку, прижал к груди. Все смотрели на них молча, даже Калошин, в глазах которого то и дело вспыхивали зловещие искры неумолимой воли и угрозы. Это давала о себе знать «проекция» Морока, действия которой вдруг оказались ограниченными «слабыми людишками».

Наконец Черному Вею надоело ждать окончания счастливой сцены.

– Достаточно сантиментов, господа романтики, пора заняться делом. Вы свободны.

Илья оторвался от Владиславы, поцеловал ее в губы, в щеки, в мокрые от слез глаза, отвел к Антону. К ним присоединились ковыляющие Ратников, Славик и Жора Пучков.

– Где гарантия, что они… – начал Терентий.

– Уходите, – перебил его Георгий. – Мы с Ильей останемся, пока вы не выберетесь из храма. Действуйте по обстоятельствам, капитан.

Ратников посмотрел на Пашина.

– Иру не встречал, Илья Константинович?

Илья приблизился к нему, шепнул на ухо:

– Она вместе с остальными пленницами, наверное, уже за пределами храма. Ищи ее там.