Дарим — личный слуга Фендала, и такими противоправными действиями этот мелкий засранец очень сильно подставил своего хозяина, — язвительно сказала Марона и усмехнулась.

Слова баронессы внушали доверие и уверенность. Похоже, она нашла лазейку, как наказать мерзавцев. Но суть пока ускользала от меня.

— Если честно, я не очень хорошо понимаю, почему «так даже лучше»? Каким образом они его подставили? — непонимающе спросил я.

— О, это особенность законов нашего королевства. Почему лучше? Потому что, хотя этот идиот устроил поджог по собственной инициативе, тот факт, что он слуга Фендала, в конечном счёте делает виноватым его хозяина.

Это испортит ему репутацию и поставит в неловкое положение среди знати, которая не захочет проблем и дурных слухов из-за общения с таким отбросом.

От такого объяснения я запутался ещё больше и нахмурился.

— Погоди… Фендал избил и пытался похитить Ирен на глазах почти у сотни свидетелей прямо в лагере рейдерской группы, и у меня были проблемы за то, что я его остановил. При этом сам недорыцарь никак за это не ответил. Почему же именно действия его соратников причиняют ему больше вреда?

Леди Марона вздохнула и помотала головой.

— Из-за твоей образованности и прилежного поведения я постоянно забываю, что ты родился в другой стране и не являешься здесь дворянином, — мягко сказала баронесса.

Женщина задумчиво постучала пальцем по щеке.

— Как же тебе это объяснить… О, знаю! Есть одна поговорка, распространённая среди знати: «Не важно, как глубоко ты лежишь в постели аристократа, никогда не трогай их личную собственность и имущество», — сказав это, она горько вздохнула и поморщилась.

 — Это жестокая, циничная и в корне несправедливая фраза, но она многое говорит о менталитете местной элиты.

Я сдержанно кивнул, но смысл этих слов ускользал от меня.

— Почему ты вспомнила эту фразу? Это действительно так важно?

— Дело в том, что единственное, что по-настоящему волнует знать — их имущество, собственность, деньги, — спокойно ответила баронесса. — Если владельцев убивают, обращают в рабство или изгоняют, земля и дом остаются, готовые для приёма новых хозяев и налоговых сборов.

Даже украденный скот остаётся активом, который можно обложить налогом.

Леди Марона покачала головой и тяжело вздохнула.

— Но если скот зарезать, а дом сжечь дотла — это убыток для провинциального лорда, виконта, губернатора региона и ещё полудюжины знатных особ. Понимаешь теперь логику? Если ещё проще, то личные дела одного дворянина не должны затрагивать положение других аристократов. Особенно финансовое.

Логика знати по-прежнему кажется мне странной и загадочной.