— Сто метров, — отрезал Илин и загадочно хмыкнул.

— Один километр, — я продолжал настаивать на более длинной дистанции.

Монах кивнул и посмотрел на угасающий костер.

— На рассвете? — спросил он с вызовом.

— Не возражаю, — согласился я.

Илин доел последние кусочки мяса, встал и вежливо поклонился.

— Спасибо, искатели, за гостеприимство. Я разобью лагерь ближе к дороге. Вы легко сможете найти меня, если пойдёте прямо. — Для надёжности он махнул в сторону дороги и, широко шагая, скрылся в лесных зарослях. Убедившись, что Илин ушёл, я откинулся на спальник и с довольно потянулся.

Получилось…

— А ты, Артём, тот ещё хитрец — усмехнулась Зара.

— Если у тебя есть что-то, чем ты сильнее других всегда используй своё преимущество на максимум, — я тихо рассмеялся.

— О-о-о— … — Зара ухмыльнулась, глядя на меня. — Кстати, я до сих пор так и не показала тебе своё новое бельё. — Ее глаза горели. — Когда мы с тобой отправимся спать? — спросила она игриво, и её пальчики зашагали по моей руке, будоража инстинкты.

Зара проскользнула мимо меня, аппетитно покачивая бёдрами, и направилась к палатке.

Ну а я поспешил за ней следом…

Новые лифчик и трусики оказались более привычными, чем то, что я видел в городе, и напоминали небольшие шорты и короткую майку, но их я разглядывал совсем не долго.

Спустя пару секунд они уже улетели дальний угол нашей палатки…

Глава 21

На следующее утро мы с Зарой собрали лагерь и отправились в путь. Как и говорил Илин, он тоже остановился неподалёку, но в его случае это был просто костёр и рюкзак, служивший подушкой. Учитывая, что он пролежал без движения всю ночь, он явно медитировал, не замечая ни холода, ни сырости, ни затёкших конечностей.

Чтобы провести ночь на земле в таких условиях, явно нужна была выдержка монаха, который всю жизнь закаляет своё тело и ум.

Когда мы подошли, Илин открыл глаза, но не шевельнулся. Я нарушил тишину.

— Прости, что прерываю твою медитацию…

Мужчина слегка удивился моей наблюдательности, но затем улыбнулся:

— Мы должны медитировать при любой возможности, чтобы суметь действовать, когда это необходимо, — сказав это, он легко вскочил на ноги. — Полагаю, ты хочешь бросить мне вызов прямо сейчас?

— Не возражаешь, если мы оставим здесь наши вещи на время гонки? — спросил я, кивая на рюкзаки.

— Без проблем.

Мы положили вещи у почти затухшего костра, а затем я вышел на дорогу и начал разминаться. Едва заметно улыбаясь, Илин наблюдал за мной, стоя в непринуждённой позе, казавшейся одновременно расслабленной и готовой взорваться ударами в любой момент.

— Ты не собираешься разминаться? — спросил я.

— Нет нужды разминать мышцы, если ты никогда не позволяешь им напрягаться.

Его суровый нрав, внутреннее спокойствие и уверенность впечатляют.