После бессонной ночи, проведённой в противостоянии с бандой Кабана, тело требовало отдыха, но, судя по решительности стука, новый день не собирался давать мне передышку.

— Войдите, — зевнув, сказал я, поднимаясь с постели.

В комнату вошла Полина, её обычно безупречный вид сменился признаками усталости — слегка растрёпанные волосы и тёмные круги под глазами, однако искра воодушевления в её глазах говорила о том, что бодрствовала она не зря. При виде моего обнажённого торса она весьма очаровательно покраснела и отвернулась.

— Прохор, оденься!

— Ты сама ворвалась ко мне, — резонно возразил я.

— Что стряслось?

— Мы получили подтверждение от ещё пяти должников! — воскликнула она, размахивая магофоном. — Они согласны переехать в Угрюм в обмен на выкуп их долгов.

Я потёр глаза, пытаясь стряхнуть остатки сна.

— Какой выкуп? — мой затуманенный мозг не сразу вспомнил детали нашего плана по увеличению населения острога. — Кого взяли в плен?..

Полина нетерпеливо покачала головой:

— Пока ты воевал с бандой, я продолжала работу по списку должников, который мы с Василисой составили. Помнишь?

Действительно, девушки составили список из тридцати двух подходящих кандидатов — в основном крестьян и ремесленников, разорившихся из-за неурожая или болезни, а также бывших военных, попавших в долговую тюрьму после увольнения.

Общая сумма их долгов составляла около четырёхсот восьмидесяти рублей, на выплату которых я выделил пять сотен.

— Да, конечно, — кивнул я, окончательно просыпаясь. — Расскажи, каких успехов ты добилась?

Полина села на край стула и начала перечислять:

— За последние три дня мы выкупили двенадцать должников.

Четыре семьи и восемь одиночек. Первая группа уже отправлена в Угрюм — шесть человек, включая бывшего учителя математики и астрономии с женой и сыном.

— А ты времени не теряла, — я невольно улыбнулся"

"— Именно! — Полина просияла. — Мне кажется, он станет отличным приобретением для нашей школы. Он попал в долговую тюрьму после того, как поручился за брата, который проиграл крупную сумму в карты и сбежал в Рязань.

— А остальные? Кто они? — я встал и начал одеваться, внимательно слушая девушку.

— Ещё одна семья — потомственные пивовары Кругловы.

Потеряли свою пивоварню из-за пожара, не смогли выплатить кредит. Третья — скорняки Ершовы, мастера своего дела. А четвёртая — Самохины, он плотник, она швея. Остальные — в основном крепкие ребята, бывшие гвардейцы и один инженер-механик, уволенный с завода после несчастного случая, из-за которого лишился двух пальцев на руке.

Я мысленно прикинул выгоду от таких приобретений. Потомственные ремесленники, обученные специалисты — именно то, что требовалось нашему растущему острогу.

— Отлично.