Прислал своего человека расспрашивать… Платонов его фамилия. Воевода какой-то из Пограничья… Да, именно так… Понял. Сделаю.

Он отключил магофон и задумчиво погладил бороду. Затем снова подозвал лысого из первоначальной троицы и что-то тихо сказал ему на ухо. Тот кивнул и быстро выскользнул из трактира.

Ещё через полчаса Еремей снова связался с Кабаном.

— Всё устроил. Завтра в полночь, в старом карьере за Восточными воротами. Нет, там же выкупили участок, забыл?. Ага. Домину отгрохали. А тут идеальное место — тихо, безлюдно… Да, передам приглашение от твоего имени, чтобы поговорить по-деловому… Конечно, я сам всё проведу, не беспокойся… Нет, людей возьму сколько нужно… Ага, и Горелого, и Спицу. Да, если начнёт упрямиться, доходчиво объясним… Сделаем. И это, Кабан, сам, конечно, смотри, но, как по мне, надо Онуфрия хорошенько отодрать за такие наводки. Не просто так он этого аристо нам подсунул, ой не просто так…

Скальд видел, как Еремей, завершив разговор, подозвал к себе ещё нескольких бандитов и принялся инструктировать их. Выражение его лица изменилось — теперь вместо пренебрежения там читалась холодная расчётливость. Он разложил на столе простой чертёж — очевидно, план местности вокруг карьера — и начал отмечать на нём позиции.

Судя по увиденному, их хозяину предстояло иметь дело не просто с уличной бандой, а с хорошо организованной преступной группировкой, которая явно не собиралась отступать.

* * *Василиса стояла на невысоком холме у северной окраины Угрюма, наблюдая за приближающимся обозом. Длинная вереница телег, гружённых скарбом, медленно двигалась по раскисшей от недавних дождей дороге. Люди из Нерожино приехали раньше, чем ожидалось — голод оказался сильнее гордости.

Утреннее солнце рассеивало остатки тумана, окутывавшего ещё недостроенные дома нового квартала. Угрюм преображался с каждым днём. Работа кипела — плотники трудились с рассвета до заката, а магические таланты позволяли ускорить процессы, которые обычно занимали недели.

— Выглядит внушительно, правда? — Тимур остановился рядом с ней, тоже глядя на приближающихся переселенцев.

— Двадцать семь человек только из Нерожино, — кивнула Василиса. — Многовато для временного размещения.

— Игнатий Михайлович уже подготовил для них документы на земельные наделы, — пиромант потёр озябшие руки и создал крохотный огонёк. — Воевода считает, что большинство останется насовсем.

Голицына мысленно согласилась с этим прогнозом. До того, как Прохор отправился в Сергиев Посад, они с ним объехали выделенные участки — земля здесь была куда плодороднее, чем в Нерожино, а защита от Бездушных давала людям то, чего не хватало в отдалённых деревнях — уверенности в завтрашнем дне.