Василиса сидела в своей комнате, склонившись над картой залежей Сумеречной стали, когда я постучал в дверь.

— Да-да… — раздался её голос.

Я зашёл, держа в руках объёмный холщовый мешок, заполненный свитками, разрозненными листами и несколькими тетрадями в потёртых кожаных переплётах.

— Что это? — спросила девушка, оторвавшись от своих расчётов.

— Бумаги из хижины Химеры, — я кинул мешок на стол. — Разобрать их не было времени. Я уезжаю в Сергиев Посад, и хотел бы поручить тебе изучить их.

Ольховская заинтересованно заглянула в мешок, достав первый свиток.

— Думаешь, тут может быть что-то полезное? — она развернула лист и пробежала глазами по строчкам. — Почерк ужасный, как курица лапой, ей богу… Кажется, это какие-то алхимические формулы…

— Химера был безумцем, но образованным, — я кивнул. — Возможно, среди его записей найдутся ценные сведения о Реликтах, Бездушных или редких артефактах.

Глаза девушки загорелись. Пытливый ум исследователя в ней был сильнее, чем аристократическая спесь.

— К моему возвращению подготовь отчёт о самых интересных находках, — попросил я. — Особенно отметь всё, что может пригодиться для разработки месторождения или защиты деревни.

— Я займусь этим, — кивнула собеседница, уже перебирая бумаги с заметным энтузиазмом. — О, смотри, тут какие-то схемы… — она осеклась, поймав мой взгляд. — Прости. Да, я изучу всё внимательно.

Я улыбнулся. Эта черта в ней мне нравилась — жажда знаний, которую не могла скрыть даже напускная холодность.

— Ещё одно, — добавил я. — Мне нужен список того, что необходимо закупить в Сергиевом Посаде для начала разработки шахты. Что скажешь?

Василиса отложила документы и полностью сосредоточилась на разговоре.

— Да. У меня уже всё готово, — заправляя за ухо выбившуюся прядь волос, она протянула мне бумагу.

Быстро пробежавшись глазами по тексту я увидел различные инструменты, крепежи, а также магические артефакты.

— Отлично. Хорошая работа.

На следующий день с рассветом мы выехали. Я взял ту самую телегу на полозьях, приобретённую ещё в первую поездку в Сергиев Посад, и пару крепких лошадей-тяжеловозов. Компанию мне составили мельник Степан, которого я планировал сделать своим торговым представителем, а также молодой Гаврила и опытный Федот из отряда охотников.

Бориса я оставил тренировать дружину — с каждым днём к нам прибывали новые бойцы из соседних деревень, и без должного наставничества они могли натворить бед.

Дорога расстилалась перед нами серебристой лентой, петляя между заснеженными елями. Несмотря на начало весны, снег ещё лежал плотным покровом, и полозья телеги легко скользили по накатанной колее, но на всякий случай мы взяли с собой сменные колёса.