Есть мне хотелось меньше всего, но надо было как-то переключиться.

—Мы уже приготовили, — утробно прошептал Данька, пока Демид развернулся и прошел к столу, на котором стояли бутерброды, яичница и ароматный кофе. То, как при этом всем играли мышцы спины у парня, сложно описать словами. Тут надо было смотреть, что я с особым упоением и делала, мысленно отвешивая себе одну оплеуху за другой.

Стоп. Спокойно. Надо поесть, просто поесть. Руки превратились в ледышки, мне с трудом удалось подойти к столу и взять чашку.

—Ленок, ты как? Нормально? — Данька сощурился, подошел ко мне и потрогал лоб. Нормально. Я нормально? Да лучше всех, вот только мозги и совесть растеряла, а так все в норме."

"—Нормально, — пробурчала, начиная есть. А готовили они вкусно, даже обычная яичница получилась на славу. И это если не брать во внимание тот факт, что запах яиц я ненавидела, а тут начала уплетать за обе щеки.

—Голодная девочка, — послышалось откуда-то слева.

И я чуть не подавилась всем тем, что успела напихать в рот, потому что фраза прозвучала настолько двусмысленно, что нарочно не придумаешь. Отдышавшись, я перевела потерянный взгляд на Даньку, затем на Демида.

—Кушай, малыш. Потом у нас к тебе будет дело.

Продевав очередную порцию, я удивленно посмотрела на Демида.

—Какое?

Данька прыснул со смеху, после чего ответил:

—Ну как какое. Он тут мягко намекает, что мы тупые, нужна помощь с английским, — взгляд темных глаз заскользил по моему лицу, вызывая дрожь во всем теле. Парням мастерски удавалось довести меня до состояния нервного тика. Дрожащими пальцами я положила вилку на стол и попыталась четко произнести.

—В чем конкретно вопрос?

Я ела и слушала одновременно, стараясь думать исключительно о поглощении пищи, а не тех жарких взглядах, что ощущались кожей. И не о том, как Демид слизывает крошку хлеба с нижней губы, и как Данька обхватывает пальцами чашку. Боже. Почему я все это замечаю? Так, спокойно. Выдохни, ненормальная, дожуй и послушай, что у тебя просят.

—Твоя …Василиса Григорьевна нас уже…за…замучила со своим произношением, и времена мы путаем, —Данька явно хотел сказать другую версию, но на ходу менял слова, пока мои глаза становились размером с пятак.

—Очень путаем, — вторил Демид, пронзая меня насквозь своими темными глазами. Все внутренности плавно превращались в кашу.

—Короче, сделай из нас умных за пару дней.

Оба сложили руки перед собой, поигрывая мышцами. И если Демид так и сидел без верха, то Даня, наоборот, был в рубашке, но она настолько плотно облегала его тело, что казалось, будто бы он вовсе без ничего.

В принципе, помочь с английским я и обещала им, а потому тщательно прожевав пищу, запив вкуснейшим кофе, я утвердительно махнула головой.