Моего смысла жизни до определённого момента, а потом его просто варварски отняли. Внутри всё сотрясается от одного воспоминания того дня, когда я потерял её.

–– Тебе лучше быть аккуратнее со словами, Аспен, – предостерегает её Марко.

–– Аккуратнее? – снова взрывается она. – Не притворяйтесь, что кто-то из вас мог помочь мне. Я всегда была одна на этом пути…

–– Мы семья, Аспен, – останавливает её Марко. – Мы прикрываем спину друг друга независимо от ситуации. – И сейчас мы должны оповестить Гарри о происходящем.

–– Нет, – Аспен отступает назад, спотыкаясь, и я хватаю её за руку. – Я не могу дать ему ложную надежду, пока не проверю всё сама, – слёзы застывают в её глазах.

–– Вам стоит посмотреть на это, – проговаривает Лукас, отталкивая меня и садясь обратно за стол. – Это фотографии того, как Эбигейл на тот момент ещё Брэдли въехала в страну. Через неделю она обратилась в больницу с частой головной болью и потерей памяти. И с того момента она стоит на учёте у психотерапевта, – он откидывается на спинку стула. – Я предполагаю, что это Джованни намеренно убил Кевина.

–– Он не мог работать один, если это так, – подмечаю я, прижимая к себе Аспен.

Я чувствую, как она тихо всхлипывает на моей груди.

–– У него были сообщники, – проговаривает Марко. – Мы пытаемся выяснить, кто именно.

Я подхватываю подбородок Аспен и приподнимаю, чтобы она посмотрела мне в глаза. В них столько печали и обременённости, что мне хочется укрыть её от всего, через что она прошла. Я сделаю всё, чтобы помочь ей в этом расследовании, и найду каждого.

–– Отлично. Я пошёл звонить Гарри. Он должен знать, во что мы тут все ввязались. Если мне не изменяет память, то Джованни по молодости работал с мексиканскими группировками. И это полнейший пиздец, – с этими словами Марко выходит за дверь.

Аспен всхлипывает. Я прижимаю её к себе, пытаясь дать ей устойчивую почву. Она должна выплакать всё, что так долго носила на своих плечах.

–– Мы всё узнаем и казним каждого, – тихо шепчу ей в волосы.

Я никогда не перестану восхищаться её стойкостью и стремлением идти до конца. Но сейчас ей важно понять, что она теперь не одна. У неё есть я. И семья, которая убьёт каждого, кто посмеет перейти ей дорогу.

Аспен"

"Время в ожидании приезда разозлённого до чёртиков брата доводит до паранойи. Я не знаю, чем себя занять, слоняясь по дому. Мне пришлось сделать всё: поправить занавески, открыть бутылку вина и выпить половину, сделать набросок картины. Ничего не дало нужного спокойствия, и все навязчивые мысли плавили мой мозг. Сидя на диване, я даже не могу понять, кто зол на меня больше: брат или муж. Нико, не церемонясь, попросил поехать меня домой и дать ему время разобраться со всем.