Когда человек не пытается улучшить свое положение, даже если может это сделать. Потому что когда-то у него был отрицательный опыт при попытки его улучшить. Как забор под напряжением. Нас пару раз стукнуло током. И потом в заборе уже напряжения нет. Но мы не пытаемся его преодолеть. Мы выучили, что беспомощны перед этой преградой. А почему ты спросил?

- Чтобы ты ответила.

- Не поняла...

- Ну... Понимаешь, Юленька... В жизни есть один единственный смысл.

- Какой же?

- Жить! - бросает взгляд на Чадова.

- А ты мне почему сейчас это говоришь?

- Люди иногда умирают у меня на столе.

Это печально. Но чаще люди умирают задолго до того, как попадают на стол.

- Ты имеешь в виду психосоматику инсульта - потеря ощущения радости от жизни?

- Заметь, не я это сказал. Пусть лучше ты будешь самой плохой девочкой, но не попадешь в мое отделение с ранним инсультом. Ок? Я лично первым кину камень в того, кто тебя осудит.

- Ах... - улыбаюсь я, пытаясь перевести в шутку. - Сам Хасанов мне разрешил адюльтер!

- Властью данной мне - благословляю.

- Рус, ты бестактен, - качаю с улыбкой головой.

Хасанов такой... Все в лоб.

- Никому не рассказывай, - подмигивает он мне.

- Чадову особенно. А то он мне в морду даст.

Закрываю глаза ладонью.

Что происходит?..

- Рус, скажи мне сейчас, пожалуйста, что Чадов не обсуждает меня с тобой в данном контексте!

- Скажем так... Чадов аккуратно интересуется.

- Но ты же... - отрицательно качаю я головой.

- А что я ему могу о тебе рассказать, Юль? Я же тебе исповедуюсь, а не ты мне. А все, что я тебе сейчас говорю - это личные наблюдения и личная инициатива. Из большой любви к тебе. Человеческой. Это мой максимум по любви, хочу заметить.

- Ладно.

.. Я ценю твою заботу, Рус, - поджимаю обескураженно губы.

Чадов, извинившись и бросив мимолетную улыбку коллегам, идёт в нашу сторону, становясь все более хмурым с каждым шагов.

- Сцена ревности сейчас будет... - стебется Хасанов.

Я подскакиваю с места, и демонстративно сбегаю на улицу.

Решительно жму на дозвон.

Если я сейчас это не сделаю, то не решусь никогда!!

И даже если ничего у меня не получится с Чадовым… Он ведь не надежный Роберт, а неприкаянный ходок, наверняка. Я всё равно хочу это всё прожить!

- Доброе утро, Юленька.

- Доброе утро, Роб.

Я хочу поговорить... "".

Глава 17 - Подари мне Санта…

Глава 17 - Подари мне Санта…

С утра кормлю Степу завтраком, разговаривая по телефону с Робом.

С того номера, с которого пришло признание - несколько сообщений. Я не открываю. Это Чадов... Я боюсь прочитать и втянуться в переписку.

Стёпа елозит ложкой по тарелке, размазывая кашу. И катает машинку по столу.

- Ешь! - шепчу ему.

Зачерпывая ложку подносит ее к соуснице в виде коровы с открытым ртом. И засовывает ей в рот кашу.

На автомате отодвигаю соусницу.