Но я никого не насиловала, не откупалась за свои преступления и трусливо не пряталась за бумажкой о заключении брака. Сам подумай, как я могла их заставить делать что-то или не делать? Если я дам тебе нож, а ты им кого-то зарежешь, кто будет виноват, ты или я?

— Я, — дышу глубоко и часто. Она права, права, как бы кринжово это не звучало.

— Я тоже так считаю, — кивает тетя, и я замечаю, что она все-таки расслабляется. Ей что, не все равно, что я о ней думаю? — Твой отец если бы не отключился, тоже от дружков бы не отставал. Они все виноваты не меньше, а то и больше. Даже так называемая моя подруженька. Меня ведь они не тронули! Ты не думал, почему? Может, она просто дала повод, я же не следила за ней. Дашка была влюблена в твоего отца как кошка, и если бы они были там вдвоем, сама бы ему себя предложила. Я в этом не сомневаюсь. На что она рассчитывала, когда шла с тремя взрослыми парнями в дом, где полно выпивки? Девочка-припевочка? Смешно.

Тетка отшвыривает кофту, и та бесформенным пятном опускается на дно чемодана.

— Ты лучше посмотри, как умело она обработала твоего отца. Они уже жениться собрались! И ты веришь, что она заранее этого не планировала? В жизни не поверю! До Сергея с Ильей не дотянуться, а Андрей здесь, в свободном доступе, еще и депутат.

— Ты думаешь, она специально пришла работать в «сотый»? — в голове начинает выстраиваться логическая цепочка, а следом накрывает осознание.

— Не сомневаюсь, Ник. Не бывает столько совпадений. Наша целомудренная Дарья все спланировала заранее. Узнала, что мать Илюхи в учредителях, затем просчитала, сколько поимеет, если сможет шантажировать Топольского. Уверена, если бы он на нее не повелся, то выкатила бы ему счет. Эта дрянь сама не знала, от кого у нее дочка.

— Но почему она ждала столько лет? — не укладывается у меня в голове.

— Потому что муж ее был жив, Заречный. Он у нее правильный мужик был, порядочный. Вот и она чистоту непорочную изображала. А как свободу получила, так все ее гнилое нутро наружу и полезло. Она же тогда ни копейки не получила, все деньги ее родители забрали. Те еще гниды. И доченька вся в них пошла, на осинке не родятся апельсинки.

— Отец уже подал на развод? — хоть тетка и права, почему-то неприятно слушать, как она обливает дерьмом Дарью.

— А вот ту начинается самое интересное, Никитка, — тетя загадочно поднимает палец. — У нас с твоим отцом был не просто брак. Тут завязан бизнес двух семей. Мои адвокаты уже передали Топольским иск, дед Топольский в бешенстве. Я раздену Андрея до нитки, вот и посмотрим, как быстро пройдет у Дашки любовь.

Мне все равно трудно поверить, и я цепляюсь из последних сил как утопающий за соломинку.

— А если не пройдет? Что тогда?

— Тогда у них будет все зашибись, — холодно отвечает тетя, — правда, без денег.