— Ваня, я тебя хочу выслушать…

Богданюк перехватил взгляд Серовола, догадался, зачем его вызвал Третий, смутился, покраснел даже, но не растерялся, так как, видимо, вины за собой не чувствовал.

-Вам за сапоги рассказать?.

— В первую очередь про таблетки.

— Одно с другим связано…

— Давай все подробно. Садись и рассказывай. Как все случилось?

Богданюк уселся на скамью. Тут в хату вошел Юра. По знаку капитана он присел рядом с фельдшером и приготовился слушать.

— Значит, узнал этот Орест, что у меня есть усыпительные таблетки…. — облизав губы, начал Богданюк.

— Усыпительные? — насторожился Серовол.

— Ну да! — кивнул головой фельдшер. — Это по простому, а по медицински будет — снотворные.

— Откуда он узнал? Когда это было? Где ты эти таблетки достал? — засыпал его вопросами начальник разведки.

— Ага! — удивился фельдшер интересу Третьего к таким, на его взгляд, ничего не значащим мелочам. — Тогда надо начинать от Адама… Можно? Таблетки мне принесли хлопцы, те, что машину с фрицами подбили на шоссе. Это было примерно…

— Месяца три назад, — подсказал Серовол."

"— Да. Ну, я разобрал на коробочке одно слово — голова, подумал, что это таблетки против головной боли. Попробовал сперва сам, как‑то принял четверть таблетки на ночь — действительно боль исчезла, спал крепко, как убитый. Месяц назад попросил успокоительных Мишка–великан—голова у него болела, а он собирался на задание с. подрывниками идти и хотел перед этим хорошенько отоспаться. Я дал ему две таблетки, он проглотил их и сразу заснул, да так, что и на следующий день его не смогли добудиться. Ушли хлопцы на задание, а он проснулся наконец, очухался и полез ко мне драться, как будто я его нарочно усыпил и опозорил. Приварил мне…

— Я помню… — сказал Юра. — Тогда ты солидный фонарь под глазом носил.

— Так у него же рука была, у Мишки–великана… — восхищенно подхватил Богданюк. — Лопата! И обидно ему — хлопцы на железку без него ушли. Ну, это дело кончилось, определил я таблетки точно — снотворное сильного действия. Хотел было выбросить половину, а то и все, чтобы не таскать понапрасну. И вдруг Орест этот… Пристал: дай и дай, сна совсем нет. Я ему дал половинку.

— Он принял ее при тебе? — спросил Серовол, не спуская глаз с фельдшера.

— Нет, унес с собой, но спросил, можно ли для лучшего употребления развести таблетку в воде или самогонке. Я сказал, что это не помешает. Дня три его не было, а тут появляется, отводит меня в сторону и просит отдать ему всю коробку.

— Зачем ему так много, он говорил?

— Говорил, сна нет, мучается, извелся. Что, мол, таблетка эта ему очень помогла. Пристал как репейник, предлагает нож, носки новые. Я возьми да и скажи, так, в шутку: «Сапогами сменяемся — отдам».