— Пустите меня к тетушке Мин! Что вы с ней сделали? Он хорошая, хорошая! — кричал он.

— Проваливай, пока мы тебя не побили.

Часовые пытались отогнать мальчишку, но тот не сдавался. Отбегал, когда на него замахивались, и снова принимался канючить.

— Что тут происходит? — деловым тоном спросил Гоушен.

Рядом с солдатами слуга Вей Луна преобразился: расправил плечи, выпрямился, говорил строже — и не узнать того робкого человека, вернее демона, что краснел и трясся при виде Мейлин.

— Да вот, увязался за нами с самого города. Не уходит.

— Продолжайте дозор, я им займусь.

Солдаты кивнули и вернулись на посты, оставив нас с мальчиком.

Я посмотрела на него внимательно. В глазах блестели слезы, но при этом на лице застыла такая решимость, которую редко встретишь у детей его возраста.

— Как тебя зовут? — мягко спросила я.

— Маюнь, — ответил он, всхлипывая. — Тетушка Мин… где она? Зачем ее забрали?

Я вздохнула. Присела перед мальчиком на корточки.

— Манюнь…

— Маюнь! — обиженно поправил ребенок.

«Ох уж эти китайские имена!» — мысленно простонала я, но послушно исправилась:

— Маюнь. Где ты живешь? Может, проводить тебя домой?

— Я жил у тетушки Мин.

Она привезла меня в город, мы долго ехали на повозке, и я не знаю, как добраться до ее дома. А своего у меня нет.

— Тетушка Мин была твоей родственницей?

— Нет… Она только недавно меня взяла к себе, — насупился мальчик. — Что значит «была»? Она умерла?

Я поморщилась и не решилась ответить, вместо этого перевела тему:

— Ты голодный? — И вопросительно посмотрела на Гоушена. — Как думаешь, генерал не будет против, если я покормлю его?

— Детям не место в отряде, — нахмурился демон.

— Когда будем проходить через ближайший город, пристроим его к кому-нибудь, — предложила я.

— Хозяин ни за что не согласится, — покачал головой Гоушен. — Время еще тратить на такую возню.

— Я… попробую уговорить генерала, — заявила я, хотя на самом деле уверенности, что Вей Лун не выгонит ребенка сразу, как увидит, не было.

Что ж, по крайней мере, перед этим я успею мальчика накормить. Я взяла его за руку и потянула за собой.

Он крепко сжал мою ладонь. Я подвела ребенка к палаткам, вынесла несколько лепешек, миску риса и поставила их перед Маюнем. Мальчик с жадностью набросился на еду, словно не ел несколько дней.

Сердце сжалось от жалости. «Тетушка Мин»» его плохо кормила? Или это просто привычка: дали — бери.

Мейлин, увидев ребенка, принялась ругаться:

— Мало ли попрошаек на улице, всех не накормишь! Прин… госпожа, вы посмотрите, он вам одежду испачкал! Вы бы о себе так пеклись, как о всяких оборвышах!

Гоушен стоял рядом с ней и поддакивал. Оставалось только закатить глаза и отмахнуться от этой спевшейся парочки.

* * *На следующий день мне предстояло объясняться уже с Вей Луном.