– Ой, не надо, я сумку забыла.

Продавщица странно посмотрела на меня. Ну ещё бы, в испачканном пальто, всколоченными ветром волосами и безумными, наверное, глазами, я являла не самое приятное зрелище.

Женщина захлопнула окно, и я увидела в стекле своё отражение. Действительно, жуть ещё та. Но внезапно окошко снова распахнулось, и мне протянули пластиковый стакан с дымящимся чаем и булочку.

– Держи, девочка, тебе сейчас это надо.

– Извините. У меня нет денег.

– Бери, говорю.

И я взяла, поблагодарила и отпила глоток обжигающего напитка. Чай с жасмином. Люблю такой.

Только выбросила стакан в урну, рядом заревел автомобиль – чёрный Лексус.

Шевцов вышел из машины и подошёл ко мне, посмотрел в лицо внимательно. А я неосознанно отступила. Мужчина. Тело само реагирует.

– Поехали, – он заметил мою реакцию и сделал шаг назад.

Я отряхнула пальто, за которое мне было невыразимо стыдно, и села на переднее пассажирское сиденье. Алексей завёл машину и тронулся. Мы ехали молча, Шевцов не донимал меня вопросами и разговорами. Он следил за дорогой, а я пыталась расслабиться.

– Отвези меня домой, пожалуйста.

– К нам поедешь.

Спорить с Лексом бесполезно, беспокоить Яну в её положении не хотелось, но я ведь уже это сделала.

И, наверное, он прав, одной мне быть не хочется сейчас.

– Лёш, мне надо в аптеку, – стоило подумать о последствиях.

Автомобиль затормозил через пять минут возле аптечного киоска известной фармкомпании, но я зависла. Не могла себя заставить выйти и попросить то, что мне нужно. Заметила, как Алексей нахмурился, а потом отстегнул свой ремень.

– Что купить?

– Мм… что-то… чтобы…

– Понял.

Шевцов вышел из машины, а я выдохнула и закрыла лицо руками. Как же трудно теперь.

Рома, зачем ты это сделал? Зачем заставил меня испытывать всё это? И почему я чувствую такой жгучий стыд, хотя ничего плохого не сделала?

Лекс вернулся минут через десять и протянул мне коробку."

"– Яна сказала, в инъекциях надёжнее. Если сильно переживаешь, можем сейчас ширнуть. Но, думаю, полчаса роли не сыграют. Там сутки в запасе.

– Нет, я подожду. Спасибо. Сколько я должна тебе?

Шевцов зыкнул так, что ответ на последний вопрос стал очевидным. Он снова завёл машину, но трогаться не спешил. Повернулся и вперился мне в лицо своим тяжёлым взглядом.

– Ань, я понимаю, что тебе неприятно, но ты должна мне всё рассказать. Роман – мой лучший друг. И прежде, чем сломать ему нос и оторвать яйца, я должен знать подробности.

Лекс – жуткий тип. Ещё с самой школы я старалась держаться от него подальше. Но свет в глазах подруги, который он смог зажечь, говорил о многом. И вдруг неожиданно для самой себя я всё рассказала. Лучшему другу парня, что втоптал меня в грязь. Рассказала и о том дне, когда Рома ночевал у меня, и о рисунке, даже про обои рассказала.