Эти эмоции не подлежали контролю, проявляясь самопроизвольно!

– Демидов, ты умеешь быть серьезным? – раздраженно поинтересовалась у него моя соседка.

– Умею. Но только по пятницам, когда Луна полная, – тут же нашелся Марк.

– Марьяна, пойдем к тебе и поговорим, – потребовал Мирон, возвращая мое внимание своей персоне.

– Ты обалдел? – наконец выдала я – эмоциональнее, чем следует, и тут же поправилась. – Вы оба!

– Нет, – брякнул Мирон, аккуратно разворачивая меня в сторону подъезда.

– В парке и в кафе сегодня был он! – уперлась я и обличительно ткнула пальцем в Марка, – а потом вы поменялись, и ты мне не сказал!

Глаза Мирона приняли идеально круглую форму, а товарищ капитан зло поинтересовался:

– В каком парке? – однако выглядел Мирон в тот момент слегка пришибленным.

Одновременно с ним заговорил Марк:

– Просто любопытно: а как ты поняла, что в кафе и в парке был я?

– Ты меня раздражаешь, – честно сообщила я.

– Я? А Мирон, значит, не раздражает? – пристально глядя на меня, удивленно уточнил Марк.

Я решила его вопрос гордо проигнорировать.

– Я повторяю вопрос: в каком парке? – зарычал Мирон, но что-то скользило в его глазах… Удивление, точь-в-точь как у Марка.

– В том самом, в котором твоя девушка оскорбила меня капитаном и очень плохо выразилась о моих умственных способностях. А до этого в отделении фуражку мою уронила, а за это, между прочим, и привлечь можно, – весело сообщил Марк.

Мои глаза закатились сами собой, и я зло повернулась к Марку:

– А ты заявления принимай у страждущих, когда просят, и работай, вместо того чтобы с потерпевшими кокетничать, тогда и фуражка на голове целой останется!"

"– Это была не моя юрисдикция, – спокойно возразил Марк, которого, в отличие от Мирона, ситуация явно забавляла.

– И я тебе желаю долгих лет жизни! – окончательно взорвалась я.

– Марк, – душевно так обратился Мирон к брату. – Заткнись!

Марк скептично осмотрел нашу композицию, остановил взгляд на ладонях Мирона, крепко сжимающих мои плечи, и присвистнул, шепча себе под нос:

– Точно поплыл.

Я смысл сказанного не поняла и нахмурилась.

– И часто вы вот так меняетесь местами, не ставя никого в известность? – осведомилась я.

– Высочество, случилось досадное недоразумение, – попытался воззвать ко мне Мирон.

– Меняются, значит, – услышала я голос Олечки, обращенный к Марку.

– Никто ничем и никем не меняется, – тут же открестился Марк, – Мир же сказал, что вышло недоразумение! Очень досадное!

– Да, – согласился с ним Мирон, и в тот момент мне очень захотелось товарища капитана и товарища майора до кучи от души поколотить.

Мирон шарил взглядом по моему лицу, стараясь считать эмоции. Однако я сама не знала, что чувствовала.