Моя мама была любовница, а Тамара официальная жена. Поэтому, я ""выродок той самой бляди"". Перевести на слух не могу. Наверное, это жаргон. Но у меня идеальный слух, и я запомнила, как она меня назвала, когда представляла моей сестре Инге и Руслану, в отсутствие отца.

- Ты слишком на ней зациклен.

- Эта ""девка"", вероятно, унаследует на днях всё состояние твоего благоверного. Деньги не должны уйти из семьи. Я женюсь на ней.

- Проще придушить...

- Только тронь её, Тамара.

- Унаследовать должна моя Инга!

- Твой муж не идиот, уверен, он давно понял, что она только твоя... - снижает он голос.

- Замолчи!

- К Анне не прикасаться! - категорично. - Уберешь её, он перепишет завещание на какой-нибудь фонд. И ты останешься нищей. И я. И Инга.

Встаю со стула, разворачиваясь к ним.

- Анну, надо облизывать и всячески любить! - бережно ведет меня как принцессу по подиуму Руслан. - И ни в коем случае не выпустить из наших рук. Если она сбежит, мы потеряем всё. А вот если она станет моей женой...

- Это же не только корыстный интерес, брат? - с приторной улыбкой смотрит мне в глаза Тамара.

- Не только...

- Но, тогда все получишь ты.

- Получит семья, Тамара. Я позабочусь и о тебе, и о племяннице. А что будет, если с Анной что-то случится?... То-то же. Охрану дома нужно полностью сменить, чтобы никого из людей твоего мужа не осталось. А к этой прелести приставить профессионального надзирателя.  Как только ей оформят документы и гражданство, она станет моей женой.

- А если она упрётся?

- Я найду сотню способов качественно надавить, - целует опять Руслан мои пальцы. – Куда она денется?

- Но ведь… Аркадий еще не умер.

- Пф… Тамара! Я тебя умоляю! С таким диагнозом в России не выживают. А оплачивать ему Израиль ты не станешь, верно?

- Милая, - перехватывает меня за талию Тамара. - Повар приготовил десерт из свежих сливок. Ты обязательно должна попробовать. Переведи ей! - требовательно.

- Я не настолько владею языком... эм... - разворачивается ко мне, хмурится, пытаясь сформулировать.

- Vuoi un dessert (хочешьдесерт)?

- No, grazie (нет, спасибо)."

"Господи... как сбежать из этого дома? Куда сбежать? Я даже не знаю точно где я!... Две недели, как я в этом роскошном аду. Мама погибла месяц назад. Отец и дня не был дома. В день моего приезда скорая увезла с сердечным приступом. Потом шунтирование и интенсивная терапия. А эти уже две недели делят... как там говорят в России? Шкуру неубитого медведя! И я - то часть этой шкуры, то ее владелица.

- Posso vedere mio padre (могу я увидеть отца) ?

- No... E ' in terapia (Нет, он на лечении), - с сожалением смотрит мне в глаза Руслан.

- Scusatemi (извините)...

Сбегаю в свою золотую клетку. Падаю лицом в подушку.

- Аааа! - глухо кричу я.

С остервенением растрёпываю волосы. Подхожу к окну. В пяти метрах от меня высокий забор.

- С днем рождения, Анна, - старательно выговариваю по-русски.