Хорошо мы жили, Саныч, всем бы так. А как вспомню, так впору петлю на шею и… так что мне хуже уже никогда не будет. И лучше тоже. Спасение в забвении.

– А ты вспоминай самые счастливые дни в своей жизни!

– Смерти моей желаешь? У нас с Лидой вся жизнь одним счастливым мгновением пролетела. И наступила мгла.

– Ну, ладно! Если помогает, пей!"

"Александр без труда нашел бомжа, так как прекрасно знал, где тот устроил себе пристанище. Василий лежал на самодельном щитовом лежаке, рядом с трубами отопления дома. Он открыл глаза, услышав звук шагов Тимохина. Увидев майора, произнес:

– А, это ты, Сан Саныч, а я уж подумал, опять тот хромой заявился.

Александр поприветствовал бездомного:

– Здравствуй, Василий!

– И тебе того же!

Тимохин присел на ящик, стоявший у подобия стола, на котором лежали буханка черного хлеба, банка консервов, пачка сигарет «Прима» и несколько коробков спичек. От Василия исходил слабый, но уловимый запах перегара.

– О каком хромом ты сказал?

– А разве не он – причина твоего появления здесь?

– Ты прав! Он!

– Что хочешь узнать?

– Все, что касается этого человека и в первую очередь то, что вчера он делал здесь, в подвале этого дома.

Ты что-нибудь можешь сказать по этому поводу?

Бомж приподнялся:

– Немногое, но могу. И тебе скажу! Хотя он просил не делать этого.

– Просил не говорить о вашей встрече мне?

– Не только тебе, никому вообще, если не желаю заиметь крупные неприятности, как будто мне осталось что терять. И можно чем-либо запугать. Труп не испугаешь. А я умер. Тело еще существует, а душа давно отлетела в небеса.

– Перестань раньше времени хоронить себя. Твоя беда в том, что ты не хочешь ничего менять. Ты сдался, сломался и существуешь по принципу – прошел день, и хрен с ним.

А ведь все еще можно исправить.

– Возможно, ты и прав! Но я действительно не хочу ничего менять и жду смерти как избавления. Одного ночами прошу у господа, чтобы легкой была эта смерть. Чтобы вечером уснул, а утром не проснулся. Большего на этом свете мне ничего, Саныч, не надо. Я знаю, ты добрый человек. Сделал бы все, чтобы вытащить меня. И просить не надо. Но я не хочу этого! А значит, все останется как есть! Одно все же попрошу. Сдохну, похорони как положено?! Со священником.

– Перестань!

– Уже перестал.

Ты выполнишь просьбу. И я спокоен. А насчет хромого скажу тебе вот что. Встретились мы в подвале случайно. Но это была не первая наша встреча. Точнее, для меня не первая. Однажды на свалке я видел этого урода. Возле крутого джипа. Такой в городе у одного человека. Впрочем, человеком его назвать нельзя. У Мирзы. Надеюсь, ты знаешь, кто такой Мирза?

Тимохин кивнул:

– С недавних пор знаю. А что они делали на свалке?

– Чей-то труп привозили. Понятно, не на иномарке. С джипом на свалку заезжал грузовик.