И вот откуда они могли об этом знать?

Ну и последнее… Один из членов отряда был гостем из южного полушария. А значит, мог рассказать что-то интересное. Да и в целом, «язык» бы нам пригодился…

Мелкий вернулся через час. Видимо, обполз весь небольшой лагерь по кругу. Осторожно подобравшись к нам, он тихо выдохнул:

— С той стороны ещё двое! Они, типа, треугольником встали. А в лагере пятеро человек и три пленника. Двое откровенно стрёмно выглядят!..

— Да, их какие-то твари покусали и отравили… — подтвердил я. — А эти между собой общаются, вот мы и подслушали, что и как.

— Ну чё, сваливаем отсюда? — нетерпеливо спросил Мелкий.

— Да, надо валить, — согласился Трибэ.

Оба посмотрели на меня. Но я молчал.

Ну не мог я свалить просто так… Этот отряд, конечно, был слишком сильным для нас. Бойцы явно опытные, да и людей у них куда больше…

Но винтовка…

Информация…

Пленники…

Может, мы до конца всего похода не узнаем больше ничего полезного!

Я попал в классическую «вилку». Когда понимаешь, что совершенно не понимаешь, что делать — а другие ждут от тебя какого-то результата. И тут тебе, наконец, выпадает шанс принести пользу! Настоящую пользу."

"И пусть это опасно, пусть страшно… Ну а что ещё делать? Там, впереди, маячит физическая смерть, а позади — позор и общественное порицание.

И пусть даже общественное порицание существует лишь у меня в голове… Этого вполне достаточно, чтобы решиться на авантюру!

И я решился.

Глянув на спутников, я покачал головой и ответил:

— Никуда мы не сваливаем! Они захватили винтовку той девушки. Нельзя, чтобы они доставили её в главный лагерь.

— Вано!.. — взмолился Трибэ.

— Тихо! — шикнул я. — Нас четверо. Их восемь. Зато на нашей стороне темнота и эффект неожиданности! Мы ведь можем всё сделать тихо. Сможем, да?

Трибэ промолчал. А Мелкий посопел и ответил:

— Да лан, мужики, натянем их… Только надо подождать, пока уснут!..

Глава 5

Совершенно безрассудно

Дневник Листова И. А.

День семьдесят второй. Тёмная ночь!

Для обсуждения плана отползли в сторону. Сумерки уже превратились в ночь, а мы всё ещё лежали и молча смотрели на лагерь, трёх дозорных… И собирались с мыслями.

Мыслей не было. Вот совсем. У меня, было, проскочила одна робкая идейка из разряда: «Если стрелять быстро-быстро — всех успеем пристрелить!». Однако пришлось её откинуть, немедленно и без сожалений. Если бы я умел стрелять «быстро-быстро», это был бы совсем другой я. И планов у меня в голове было бы много, один лучше другого.

Я, конечно, иногда тренировался быстро перезаряжать винтовку… Но до скорости того же Пилигрима мне было, как до дальней местной луны пешком. Пока я затвор дёргал и пулю вставлял, тот успевал два выстрела сделать.