– Я думаю, что то же самое можно сказать и об Артане. Мюрреи тоже живут в гористой местности, но их земли все же не такие дикие, они более равнинные и мирные, поскольку находятся ближе к границе с той страной, которую так любит поносить Ангус. Он относится к Артану и Лукасу как к собственным сыновьям, которых ему не дал Господь. Вот почему все наши дети называют его дедушкой. – Сесилия улыбнулась Кэтрин. – Вы приобрели очень большую семью, выйдя замуж за Лукаса.

– Да, я начала понимать это, когда Мюрреи стали приезжать к нам в гости – по два, по три человека, а то и целыми компаниями. Раньше я думала, что это у меня полным-полно родственников. Я знаю с десяток кузенов и думаю, что где-то есть еще двоюродные братья и сестры, с которыми мы пока не познакомились. Мой дядя очень любил женщин, – пояснила она, когда обе женщины удивленно посмотрели на нее. – А потом, когда я стала знакомиться с семьей мужа, то поняла, что ошибалась. Вы очень сильный клан. И это хорошо. В случае беды моим детям всегда будет к кому обратиться за помощью.

– Да, и при этом они могут не сомневаться, что обязательно ее получат. Это очень важно.

Кэтрин опять взглянула на мужа и тихо сказала:

– Иногда я смотрю на этого мужчину и начинаю удивляться: как же так получилось, что он стал моим, что он полюбил меня?!

– И думаешь о том, что случится, если вдруг твой любимый отвернется от тебя. – Сесилия улыбнулась, вполне понимая чувства Кэтрин.

– Да, но ведь тогда выходит, что я начинаю сомневаться в клятвах, которые он мне дал, стоя перед алтарем. И тогда мне становится стыдно.

– Я прекрасно понимаю, о чем ты говоришь. Со мной тоже такое бывает.

– Это всего лишь мимолетные мысли, которые не имеют никакого значения, – заявила Мег. – Вы просто боитесь потерять что-то очень для вас дорогое, и это естественное чувство. Только Господь может забрать этих двух парней от вас, их любимых жен. Да, они любят вас очень сильно, и считают, что свои клятвы нужно обязательно исполнять, причем не важно, кому они их давали – мужчине, девушке или ребенку. Вам обеим очень повезло, впрочем, как и мне, старой, но очень счастливой женщине.

Кэтрин собралась уже возразить на слово «старая», когда вдруг услышала знакомый детский голос.

– Па! – громко прозвенело в зале.

Она обернулась ко входу и увидела стоящую в дверях Морейн в одной ночной рубашке. Девочка поискала взглядом папу, а когда нашла, то бросилась к нему. Мгновение спустя на пороге появилась запыхавшаяся няня. Кэтрин поспешила навстречу молодой женщине.

– Как ей удалось сбежать из детской? – спросила ее Кэтрин. К ним подошла Сесилия и встала рядом.

– Ох, моя госпожа, я не знаю! – запричитала няня. – Мы думали, что все дети заснули.