Он опустился на нее, удобно облокотился о высокую спинку и, усадив Кэтрин к себе на колени, крепко прижал ее к себе, невзирая на протесты.

– Я никогда до конца не верил в то, что ты сговорилась с Ранальдом убить меня. Да, я сомневался в твоей вине, но приписывал это голосу страсти, тому, что хотел вновь очутиться с тобой в одной постели.

– И ты там очутился. – Хоть она и понимала, о чем говорил Лукас, но не знала пока, как относиться к этому признанию. – Да, я тоже хотела, чтобы ты занялся со мной любовью, но каждый раз корила себя за то, что такая слабая и пустила к себе в постель мужчину, который считал меня предательницей.

– Все было не так, счастье мое. Я уже знал правду, когда позволил страсти взять верх над разумом.

– Ты хочешь сказать, что наконец поверил моим словам?

Лукас посмотрел ей в глаза, и ему захотелось солгать Кэтрин, сказать, что именно так все и было. Но он понимал, что эта ложь лишь создаст еще одну стену на месте той, которую они пытались сейчас разрушить.

– Нет, это было не так, хотя мне ужасно хочется, чтобы я мог сейчас сказать «да». – Он прижался лбом к ее лбу. – Когда тебя ранило стрелой, я решил во что бы то ни стало докопаться до правды. Я больше не мог разрываться между желанием поверить тебе и страхом, что это может причинить мне еще более глубокие страдания. Поэтому я вошел через потайной ход в крепость и нашел еще один, который вел прямо в личные покои Агнес. Там даже было небольшое отверстие в стене, через которое я мог видеть, что происходило в комнате.

– Да, мне говорил об этом Уильям.

– Агнес и Ранальд как раз разговаривали между собой. Он пришел сообщить ей, что ты выжила. Тогда они начали обдумывать, как убить тебя и меня, и в течение этого разговора упомянули о том избиении год назад. Я узнал, как они его спланировали и как использовали тебя. Оказывается, меня избили до полусмерти не из-за твоей ревности, а из-за ревности Агнес. Она не могла смириться с тем, что мне не было до нее дела, что мне нравилась ты. Кроме того, Агнес знала, что если я попрошу твоей руки, то совет одобрит меня.

– И потому решила убить тебя.

– И тебя тоже, потому что она была из тех женщин, которые не терпят рядом с собой соперницу.

Кэтрин было больно думать, что Лукас так и не поверил ей на слово, что ему нужно было услышать признание вины из уст тех, кто на самом деле замышлял убить его. Только тогда он изменил свое мнение о ней. Но Кэтрин постаралась взглянуть на это разумно. Если бы она решила, что Лукас предал ее, то, наверное, не стала бы даже слушать его оправдания и заверения в том, что именно он говорит правду. Сам факт того, что она считала его виновным, заставлял бы ее сомневаться в каждом слове Лукаса.