– Будущий император… да какой он император? Это же Пашка Бородин, шулер! Подбросил мне крапленые карты и меня же обвинил, что я плутую…

– Что? – пролепетала Розалия, меняясь в лице.

– Что? – ахнула Изабелла.

– Тоже мне, самодержец! – победно припечатал его Август. – Вы только посмотрите, посмотрите, как у него глаза-то забегали! Узнал меня, да? Сразу же узнал! А ну, отдавай мои шесть тысяч! Я их честно выиграл… а еще я тебя сейчас на дуэль вызову! За то, что ты меня же в плутовстве тогда обвинил, каналья!

– Однако, – пробормотал старичок с упрямым подбородком, – вот это оборот так оборот!

– Вы ведь ему деньги обещали, да? – спросил Август, оборачиваясь к заговорщикам. – На восстание! Обещали ведь? Так вот: наверняка он выдумал эту аферу, чтобы вас надуть и с деньгами скрыться! Император! Он император жуликов, вот кто!

– Господа, – завопил без пяти минут самодержец, багровея, – я протестую! Он сумасшедший! Я не знаю этого человека! Что он мелет? Он николаевский агент! Его нарочно подослали, чтобы меня опорочить! У меня есть документы, я знаю, кто я такой, и могу доказать!

– Значит, все-таки Сотников, – вздохнул Сандерсон. – Должен признаться, это очень умно – внушить нам сомнение в том, что наш претендент настоящий. Вы чертовски ловкий человек, сэр, – продолжал он, поворачиваясь к Августу. – Я горжусь тем, что мне пришлось действовать против вас, но, сами понимаете… Все зашло слишком далеко.

– Действительно! – промямлил претендент. Судя по всему, он до сих пор переживал, что его обозвали плутом.

– Я надеюсь, они умрут без мучений, – строго сказал Зидлиц, обращаясь к Ферзену. – Прошу вас проследить за этим!

– С удовольствием! – искренне ответил тот. – Шагайте, господа! Теперь уже недолго вам осталось!

И десяток вооруженных до зубов типов повели трех безоружных пленников из гостиной. Изабелла, глядя им вслед, только покачала головой.

– Жаль, что здесь нет священника, – задумчиво промолвила она. – Было бы чудесно обвенчаться с паном Добраницким, чтобы через несколько минут овдоветь! Уверена, это был бы идеальный брак!

Розалия, пившая воду, поперхнулась. Она и сама была далеко не образцового поведения, но манеры кузины шокировали даже ее.

– Нам надо бежать, – прошептал Владимир, когда троих друзей вели к лестнице. – Иначе конец!

– Их слишком много, – вздохнул Балабуха. – Вот если бы удалось их как-то отвлечь…

Должно быть, стоящий за спиной Ферзена рыцарь в доспехах услышал его слова, потому что внезапно со скрежетом качнулся.

– Берегись! – завопил кто-то из стражей.

В следующее мгновение рыцарь, к ужасу присутствующих, поднял в воздух кулак в железной перчатке и как следует приложил гусара в лоб. Ферзен закатил глаза и, как срубленное полено, повалился на пол.